Валентина еще раз перечитала рапорт руководителя охраны бизнесмена, поданный начальнику районного отдела внутренних дел сразу же после этого происшествия – так положено, иначе это охранное подразделение может лишиться лицензии. «Докладываю, что нами, охранниками ЧОП «Паутина», при следовании из дома охраняемого Вологодского В.Н к его машине, стоящей в десяти метрах от подъезда, было применено оружие – пистолет нарезной ИЖ-71, патрон 9 x 17, калибр 9, 0 мм, произведено десять выстрелов при следующих обстоятельствах. Из окон пустого дома, находящегося напротив дома охраняемого, выстрелом в голову был смертельно ранен Вологодский В.Н. Нами произведены выстрелы с целью обезвредить стрелявшего». Затем шли обоснования этих действий, упоминались определенные статьи Уголовного кодекса. Ну и что? И ничего. Пусто. Валентина твердо сказала себе, что не рапорты надо читать, а говорить с людьми, которые знали этого бизнесмена, с соседями – с теми, кто живет в домах, расположенных рядом. Собственно, со многими из них она уже поговорила, и это не продвинуло ее ни на шаг. Пересмотрела бизнес-планы всех подразделений Вологодского – смелые, захватывающие. Несомненно, работать с ним было интересно. Конкурентам такой соперник, конечно же, не нравился. Но обычно, когда убирают конкурента, это настолько прозрачно, что и ежу понятно, кто виноват. Доказательств нет, а все известно. Да и противная сторона не скрывает, что если бы не УК, то с радостью взяла бы на себя ответственность за ликвидацию такого-то гражданина Вселенной. Тут же – какое-то узкокелейное убийство…
Еще раз перебрав копии всех документов, собранных следствием – ими ее снабдил Платон, Валентина стала изображать на схеме всех участников трагедии. Первым разместился Вологодский – в кружочке с глазком. Рядом – охранники, каждый из них тоже удостоился кружочка, только поменьше. Группу молодых людей, которые то ли были, то ли не были в углу двора, Валентина обозначила галочками – на всякий случай. Была еще ненайденная молодая дама, прошедшая мимо Вологодского перед самым выстрелом – на рисунке она удостоилась палочки с кружочком вверху и треугольником-юбкой внизу. Подумав, Валентина пририсовала ей палочки-ноги. Другой человечек в юбке-треугольнике и еще с одним маленьким треугольничком в руке бодренько тусовался где-то на окраине двора – один из свидетелей ведь упоминал про бомжиху с пустыми бутылками в большом пакете. Ага, вот эта запись… да… Женщина вышла из-за пустого дома и, не обращая никакого внимания на происшествие, выискивала пустые бутылки… Хм… А что, рядом есть магазин или ларек, где продают пиво? Надо проверить. Если нет, откуда там могут быть пустые бутылки? Это – старая часть города, дома здесь в основном двухэтажные, малонаселенные. Словом, вроде бы центр, а место какое-то глухое, так часто бывает в старых городах, где здания прошлого и позапрошлого веков, некогда украшавшие центральные площади, приходят в полную негодность, и если нет денег на их реставрацию, то представляют из себя самое унылое и криминальное место. Вот и эта баба… Чего ей там было делать? А, кстати, не указано, молодая она или старая… Дело в том, что… Да, Валентина уверена – пустой дом, из которого стреляли, высок, второй этаж – далеко от земли, но при определенных обстоятельствах выпрыгнуть оттуда все же можно. Можно! Однако на мягкой почве вокруг дома не было следов. А прыгать на твердую землю рискованно. Но если речь идет о жизни и смерти, то есть о свободе и тюремных нарах, то почему не рискнуть? Конечно, такой прыжок под силу женщине молодой, спортивной, в специальной обуви – ну, не на каблуках же выпрыгивать на асфальт? Она, кстати, могла вначале прицепить к подоконнику в задней части дома что-то типа кочерги и спуститься по ней на метр-два, чтобы легче было прыгать. Либо воспользоваться веревкой – об этом Валентина подумала в первую очередь, но оперативники уверяли ее, что осмотрели все более чем скрупулезно – прицепить веревку там было не за что. Хотя… Какой-то штырь, державший веревку, мог исчезнуть вместе с ней…