- А в какой вуз вы будете поступать, Ада?
- Я хотела историю изучать… Но потом решила прорваться на юридический факультет… В университет…
- А передумали-то почему?
- А из-за вас, - просто ответила Ада, прихлебывая чай. – Может, с вами работать когда-нибудь буду… Тетя хотела… Только вот получится ли у меня все это… Андрей едет в Канаду… И я – с ним… Мы еще не знаем, надолго ли… Там, конечно, тоже можно учиться… Английский я немного знаю. Но… Вы ведь не за этим меня позвали, да?
- Да. Я позвала вас затем, чтобы вы не задавали таких вопросов, а спокойно ждали, когда собеседник сам заговорит о главном.
- Вы меня воспитываете…
- Вы в этом нуждаетесь, Ада… И не обижайтесь, не злитесь. Не надо обвинять весь свет в том, что вам пришлось пережить… Делать в жизни резкие движения – это не самое лучшее… У меня для вас новость есть – замечательная! Мне торт надо было купить по такому случаю, а не рулет этот задрипанный, но в буфете только он был… А новость нуждается в предисловии. В предыстории. А она связана с Юрием Юрьевичем Баевым, о котором мы узнали благодаря вам с Андреем…
- Благодаря Андрею!
- Справедливо. И когда мы «разработали» этого человека, этого афериста, возможно, мирового масштаба…
- Бог мой! Андрею иногда приходила в голову мысль – а не отец ли он его? Не отец?
- Во всяком случае, все знающие его и опрошенные люди утверждают, что у него нет детей…
- Тогда двигайте дальше! К счастливому будущему! К замечательной новости!
- Двигаю, Ада. Итак, Баев… Мы пришли к выводу, который, правда, еще требует немалых доказательств, но вам я скажу об этом сейчас, чтобы вы были настороже… И ваш Андрей… Очевидно, этот Баев является вдохновителем и даже, возможно, руководителем интересной такой организации… Может, международной… Как вы думаете, на чем она специализируется, а? Ни за что не угадаете! Казалось бы, все уже схвачено, все ниши заполнены! Ан нет! Его интересовали – дворянские наследственные дела. Кстати, может, и не только дворянские. Он и его… подельники – как-то грубо звучит, скажем – единомышленники… копались в родословных, узнавали, кто, где и откуда должен получить наследство, и какое именно, а уж потом следовал отъем его у наследника. Баев – классный, между прочим, специалист по части генеалогии… Я узнала, что он, например, нашел недавно в Подмосковье представителей нескольких древнейших родов, причем эти люди и не ведали, чья кровь течет в их жилах, а тем более не предполагали, что есть недвижимость, которую они могут себе востребовать, ибо принадлежала она их предкам. Вот в этом и была суть деятельности Баева. Вернее, одна половина этой сути. Научная, можно сказать. Общественно значимая. У него дома мы обнаружили родословные древа, нарисованные на специальных схемах. Разложили из, знаете, на полу – на столе они просто не убирались, и получилась такая огромная паутина… А Баев – большой паук, который эту паутину сплел…
- Почему паук? Все-таки можно сказать – он изучал историю России… Разве Баев отличается чем-то от настоящего ученого?
- Отличается, потому что ему плевать на историю. В его паутину попадали в основном те люди, которые могли пользоваться наследством богатых предков. Остальные его не интересовали, а если интересовали, то как потенциальные наследники тоже. Сеть строилась на чисто деловой основе. На него работали некоторые ученые, которые рылись в архивах, в церковных записях, ездили в командировки за рубеж, он им платил, разумеется, но очень скромно – потому что, во-первых, жаден, - во всяком случае, я так думаю, а, во-вторых, себя он тоже выдавал за ученого, а какие в науке сейчас платят деньги, всем известно! Знаете, о чем я подумала прежде всего, когда увидела плоды баевских трудов? О своей подруге-журналистке. Она заведовала отделом информации в газете и вот, чтобы облегчить себе труд, составила схему-график, куда занесла все основные предприятия, учреждения нашего города, все самые интересные творческие коллективы, откуда люди ждут информацию, и даты – когда там планируется что-либо достойное внимания прессы. Она тратила в начале каждого месяца всего час-два, не слезая с телефона, чтобы составить очередную схему, но зато потом стоило ей в любой день с утра заглянуть в этот своеобразный календарь, и блок информации был почти готов. Следовало лишь уточнить, все ли прошло так, как было задумано. Я помню, подруга хвасталась своей выдумкой и даже читала об этом лекцию на каком-то семинаре… Вот и Баев, заглядывая в свою «паутину», решал – ага, пришло время подсказать определенному человеку, что, скажем, вилла в Ницце осталась без хозяина – его предка… Либо в Парагвае завис банковский счет, у которого пока нет владельца, а владелец – вот он, живет где-нибудь в Балашихе и слыхом не слыхивал ни о каких иностранных счетах… Баев знал, а они не знали… И тут вступала в силу вторая половина сути его предприятия – завладеть если не всем наследством, то ощутимой его частью. При этом уж все зависело от наследников, которых он предварительно тщательно изучал. Одним он, думаю, предлагал оформить наследство за часть его стоимости, других, видимо, спаивал, брал необходимые подписи, бумаги, и получал все сам, третьих… Когда, например, один из наследников отсудил дом предков, великолепное двухэтажное каменное строение в центре провинциального города, а потом этот дом продал, то через некоторое время его нашли мертвым в своей однокомнатной квартире – позвонили соседи… Но причастен ли к его смерти Баев, пока неизвестно…