– Примите поздравления с днем свадьбы, – рокочет толстяк. – Прошу вас, присаживайтесь… – Он указывает на длинный диван с полотняной обивкой. – Позвольте предложить вам по бокалу шампанского с дороги.
Словно из-под земли рядом с нами появляется официант с двумя бокалами шампанского на серебряном подносе. Немного поколебавшись, я беру один бокал и вопросительно гляжу на Бена.
– Вы очень любезны, – говорит он, не делая, однако, ни малейшего движения в направлении завлекательного дивана. – Но мы хотели бы как можно скорее подняться в наш номер.
– Конечно, конечно… Я вас отлично понимаю. – Нико заговорщически подмигивает. – Ваш багаж уже везут наверх. От вас требуется только заполнить кое-какие бланки, пару анкет… – Он протягивает Бену ручку и довольно-таки толстый гроссбух в кожаном переплете. – Присядьте, сэр, так вам будет удобнее.
Бен нехотя садится, открывает талмуд и начинает что-то быстро строчить. Тем временем Нико вручает мне лист бумаги с набранным на компьютере текстом. «Добро пожаловать, мистер и миссис Парр!» – гласит шапка документа. Далее следует перечень предоставляемых отелем развлечений и услуг. Я пробегаю его глазами. Что ж, список довольно внушительный. «Погружение в акваланге с инструктором», «пикник на берегу с шампанским», «путешествие на принадлежащей отелю шестидесятифутовой яхте продолжительностью от одних до двух суток», «ужин на балконе по уникальному рецепту шеф-повара» и – специально для супружеских пар – «ночной сеанс массажа под открытым небом, ароматерапия по желанию».
– Мы рады предложить вам особую программу обслуживания молодоженов! – Нико так и сияет улыбкой. – В течение всего вашего пребывания в отеле вас будет круглосуточно обслуживать персональный официант-камердинер. Кроме того, вы сможете получать бесплатные спа-процедуры в отдельной косметической комнате, которая находится у вас в номере рядом с ванной. Если вам понадобится еще что-нибудь, так сказать, сверх программы, вы можете в любое время дня и ночи обратиться непосредственно ко мне, и я сделаю все, чтобы удовлетворить ваши желания. Вы наши гости, а желание гостя – закон.
– Спасибо. – Нико столь очарователен, что я не могу не улыбнуться.
– Медовый месяц – это совершенно особенный период в жизни каждой супружеской пары! – продолжает разливаться соловьем Нико. – И я лично готов сделать все, чтобы вы вспоминали это время с радостью, – он прижимает отмытые до розовости ладошки к сердцу. – Вы никогда, никогда не забудете счастливые и беззаботные деньки, проведенные под крышей нашего отеля!
– О’кей, готово… – Бен ставит последнюю точку и возвращает фолиант Нико. – А теперь скажите, как нам попасть в наш номер? Куда идти?
– Я сам вас провожу! – восклицает Нико. – Прошу сюда… Это ваш персональный лифт, на нем можно подняться только в ваш пентхаус – и никуда больше.
У нас будет свой собственный лифт? Я бросаю быстрый взгляд на Бена. Судя по его ухмылке, его посетила та же идея, что и меня.
Но Нико едет с нами, и, делая шаг в кабину, я стараюсь держать себя в руках. Бен тоже, но его взгляд то и дело устремляется на мою юбку. Я знаю, о чем он думает. Лифт поднимается наверх секунд тридцать – для первого раза этого времени хватило бы нам с лихвой. В номере мы могли бы проделать то же самое уже не торопясь, так сказать – со вкусом. Потом – ужин (возможность получать обслуживание прямо в номер мне очень понравилась), после чего мы смогли бы повторить все сначала, на этот раз – по-настоящему, медленно и вдумчиво.
– Ну вот, приехали.
Коротко звякает звонок, двери лифта открываются, и Нико с торжеством ведет нас по короткому коридору, стены которого отделаны темными деревянными панелями, а пол выложен блестящей мраморной плиткой.
– Вот наш знаменитый «Устричный номер». Буквально в прошлом месяце туристический журнал «Конде тревелер» назвал его лучшим номером для новобрачных. Прошу!..
Он распахивает перед нами широкую двойную дверь, и я невольно ахаю. Флисс была права – это не отель, а самый настоящий дворец из сказки! Весь номер оформлен под пещеру или грот, потолок которого поддерживают колонны и статуи греческих богов. Единственный недостаток, который тотчас бросается мне в глаза, заключается в том, что телевизор включен на полную мощность, и по каналу, на который он настроен, крутят «Телепузиков». Этих уродцев я ненавижу с тех пор, как мне пришлось посмотреть не меньше двадцати серий (в свое время я сидела с маленьким Ноем, пока Флисс работала). Кто, черт побери, включил эту муру?!