- Вы правы, все именно так и есть- ухмыльнулась Лиза, откинулась на спинку кресла и закрыла глаза.
О сколько же разных образов сразу всплыло в ее голове. Если дома, что-то ломалось, то мать обвиняла в этом старшую дочь. Не помогали никакие отговорки и оправдания. Мать всегда считала, что если ты оправдываешься, значит, точно виноват. И в какой-то момент Лиза просто перестала реагировать на эти вечные обвинения. Она сразу признавала вину, получала свою долю унижений и уходила в комнату.
- Елизавета, скажите, вы общаетесь с родителями?- через небольшую паузу, спросила психолог.
- Нет - распахнув глаза, протянула она и выпрямилась в кресле. - Уехав учиться в Санкт- Петербург, я больше не общалась с матерью.
- А, что насчет отчима?- осторожно, поинтересовалась, специалист и подала Лизе бутылочку с водой.
Елизавета на автомате, протянула руку и взяла воду. Открыв бутылку, она сделала глоток и посмотрела на психолога.
- Пару раз приезжал туда, уговаривал, а потом и угрожал. Но я не уехала и больше я его не видела - хотя это была не вся правда. Он не просто приезжал, он умудрился ее избить в комнате общежития. Избил так, что пару дней ей пришлось провести в больнице. А не приезжал он больше потому, что за этим занятием его застукала комендантша общежития и пригрозила ему полицией. – Вот так я и сбежала из семьи.
- Вы обратились ко мне с определенной проблемой, скажите, Елизавета, какие у вас отношения с супругом?
И вновь она не знала ответа на вопрос. Лиза не понимала своих чувств к Антону. Если вначале терапии все было более или менее ясно - он изменник. То сейчас к этому статусу еще прибавилось и подозрение в более ужасающих вещах, чем измена.
- Сейчас все сложно- пожав плечами, протянула девушка- я в принципе перестала понимать смысл слова люблю. Есть ощущение, что я никогда и не любила, может быть я даже и не умею любить. Может никто не умеет…
И она замолчала. В последнее время ей начало казаться, что в этом мире нет того самого сильного чувства о котором все говорят. Любовь - это нечто такое, что придумали маркетологи. Любовь хорошо продается, как впрочем, и секс. Любви нет, так решила она для себя.
И если одни люди тревожатся из-за чужих проблем, то другие не замечают даже наличие собственных проблем. жизнь в неведение, для многих - это дар. Есть категория людей, которые живут исключительно в своем микромире и их совсем не волнует, что происходит вокруг. Лёля Травина была как раз таки из такой категории людей. Причем это свойство появилось у нее не с годами, она всегда была такой. Ее интересовала исключительно ее персона. И даже после всех трагических событий, что случились в ее жизни, она не поменялась ни капельки. Она все еще была у себя на первом месте.
И сегодняшний ее день, был как обычно полон всякого рода он-лайн занятий. Подготовив в комнате телефон и свет, она удобнее устроилась и вышла через социальную сеть в прямой эфир со своими подписчиками. На камеру она все еще изображала горюющую мать, даже сейчас отвечая на очередной вопрос подписчика Леля, пустила слезу.
И в очередной эмоциональный момент, в дверь квартиры девушки позвонили.
- Оу, мои дорогие, не будем прерываться на приход нежданных гостей – вытирая салфеткой слезы с щёк, проговорила Ольга в камеру.
Но стук и звонки не прекращались, а лишь усиливались и стали уже перебивать голос девушки.
- Мои хорошие, я посмотрю все же, кто пришел и вскоре вернусь в прямой эфир- она послала в камеру воздушный поцелуй и отключила прямой эфир. Взяв телефон со штатива и включив видеокамеру, бодрая Оленька отправилась открывать дверь. Стуки были уже более, чем настойчивые.
Не глядя в глазок, девушка распахнула дверь.
- Ольга Павловна Травина?- спросил высокий мужчина в гражданской одежде и сунул ей под нос удостоверение.
Лёля закатила глаза и рукой подвинула его корочку.
- Да и?- с ухмылкой спросила она, снимая представителей властей на видео.
- Разрешите войти или будем говорить здесь? - уточнил другой сотрудник в форме.
- Слушайте, если вы по делу моего мужа, то его тут нет. А я уже сказала следователю, все что знала - она попыталась закрыть дверь, но сотрудник, обращавшийся к ней по имени, подставил ногу и дверь не закрылась.
- Ольга Павловна, мы сотрудники главного управления по экономической безопасности и у нас есть постановление для того, чтобы доставить вас в суд для вынесения решения для вашей меры пресечения – сказал офицер в форме.
- Господи, что за херню вы несете? – закатив глаза, протянула Оля.- Если вас подослал мой бывший, то можете сказать, что шутка не смешная, и он может идти в задницу с такими приколами.