Кирилл шел по коридору следственного комитета с тревожностью внутри себя. Он уже не был рад тому, что все это затеял. Но убежать в такой момент- это было более, чем глупо. Постучав в дверь и услышав разрешение войти, мужчина вошел внутрь и прикрыл за собой дверь. Следователь сидел за своим рабочим столом, выглядел он то ли сонным, то уставшим. То ли все вместе и сразу.
- Привет - сказал Травин и сел на стул напротив следователя - я уж думал, ты забыл о моей просьбе.
- Лучше бы забыл и не влезал в это дерьмовое дело - фыркнул Макс, закрывая папку, что лежала перед ним все это время.
- Все так плохо?- удивленно спросил Кир, внутри чувство тревожности стало усиливаться, чтобы скрыть свое волнение, он сцепил пальцы в замок.
- Представь в своей голове, что такое плохо и умножь на сотню - мужчина ухмыльнулся и встал из-за стола, со спинки стула он снял куртку – пойдем, проветримся, я тебе все там расскажу.
Кир без слов последовал примеру следователя, встал со стула и оба молча, вышли из кабинета, а затем и вовсе из комитета. Обычно после такого вступления в собеседнике разгорается желание скорее все узнать. Но только не в Кирилле, слова следователя не звучали вдохновляющее по всем аспектам. Он понимал, раз человек с таким опытом и с таким багажом кровавых и ужасных историй за плечами так реагирует, значит все действительно хреново.
Мужчины вышли в парк, что располагался неподалеку. Они так и шли, молча, пока не дошли до небольшого водоема, где плавали утки и с берега их кормили маленькие детки. Макс остановился.
- Когда ты пришел ко мне с этой просьбой, я понимал, что дело пахнет гнильем. Но когда я стал в неофициальном порядке проверять информацию, то окунулся в чан с дерьмом – следователь поежился, взгляд его был неподвижным. - Ты знал, что отчим Лизы, весьма уважаемый человек?
- Она говорила, что он врач какой-то крутой - Травин кивнул головой - но дальше я сам не рыл ничего по его личности.
- А я нарыл, и это очень не понравилось моему руководству - Максим повернул голову к Киру - Этого человека знают за пределами города, он достаточно крутой хирург, который проводит сложные и редкие операции на детях. Большинство людей, в том, числе и люди из моего руководства, готовы молиться на него. И, когда узнали о том, что я собираю информацию о нем, настоятельно мне рекомендовали свернуть свою деятельность.
- Угрожали увольнением?- уточнил Кирилл, следователь кратко кивнул.- То есть, по их мнению, хороший хирург, не может быть педофилом?
- По их мнению, блистательный хирург, даже если он педофил, остается блистательным хирургом – губы парня искривились в ухмылке. – Как ты понял блистательный здесь важнее его предполагаемой тяги к детям.
- Чертовы двойные стандарты!- воскликнул Травин, но тут же затих, когда несколько мамочек повернули на них головы.
- Я не отступил и вопреки настоянию руководства стал опрашивать его пациенток юных. Кто-то из родителей даже звонил моему руководству с жалобами на мои вопросы и как я в целом додумался до того, чтобы подозревать в чем-то прекрасного врача. С каждым днем прессинг только усиливался. Я все-таки поговорил напрямую с ее отчимом – следователь вновь замолчал и поджал губы.- Прямо скажу, он производит через чур хорошее впечатление. Он из кожи он лезет, чтобы показать какой он открытый и дружелюбный.
- Меня бы это насторожило - протянул Кир, напряжение внутри него только росло. Причем ему уже даже стало стыдно по факту того, что ему казалось, что влез он в совершенно чужое дело. Но ведь Лиза не могла соврать, о таком ведь совсем не врут.
- Не тебя одного. Он слишком заискивал передо мной и все пытался узнать почему им заинтересовались органы- Макс перевел взгляд на Кира- не волнуйся, про Лизу я ничего не сказал.
- Спасибо – кратко ответил Травин.
- После визита к нему, я все же решил продолжить опрос его юных пациенток. И, когда я практически потерял надежду помочь Лизе, я нашел его недавнюю пациентку, которая рассказала мне о домогательствах врача. И даже случилось чудо, ее родители поверили дочери и написали заявление.
- И? – волнение мужчины вырвалось наружу, его аж затрясло.
- Сейчас мы проводим экспертизы, чтобы доказать, что над девочкой было сексуальное насилие. Это может занять еще какое-то время. Но, если все сложится, Лизе придется выступить в суде и дать показания против отчима.
- Это необходимо?
- Да, срок давности по ее делу истекает в конце этого года, ровно в ее день рождение. Ты, что ей так ничего и не сказал?- Макс посмотрел на Травины и вздохнул.