Они вновь спустились с небес на землю, выйдя из магазина «Джона Смедли» на Брук-стрит, когда Тристан жалобно произнес:
— Руфа, может быть, ты оставишь хоть что-нибудь на своей кредитной карточке. Я уже целый час хочу в туалет.
Лидия с трудом сделала еще шаг и поставила на землю все это множество пакетов, которое она с трудом удерживала в руках.
— Если я сейчас не присяду, я просто потеряю сознание.
— Вы оба просто слабаки, — смеясь, проговорила Руфа. — Я едва начала делать покупки. Именно так я представляла себе, что я буду делать, когда мечтала о том, чтобы иметь много денег. Ну ладно, на сегодня, пожалуй, довольно.
Она была абсолютно удовлетворена, абсолютно счастлива. Они втроем сидели за столиком в кафе, отдыхая от изнуряющей жары. Вокруг них была целая груда пакетов с покупками.
Лидия со смаком поглощала шоколадный кренделек.
— Ру, это был потрясающий день! Огромное тебе спасибо, и, пожалуйста, поблагодари за меня Эдварда. — Она улыбнулась Тристану. — Я думаю, мне следует поблагодарить и тебя тоже. Я знаю, мужчины не любят, когда их таскают по магазинам. Когда это происходит с моим мужем, он начинает плакать.
Он рассмеялся.
— Мне с трудом удавалось сдерживать слезы. А вообще, это было не так уж и плохо.
— Не нужно меня благодарить, — сказала Руфа. — Это было просто грандиозно. Должна признаться, что я очень люблю, когда люди позволяют мне командовать ими.
Лидия завернула второй шоколадный кренделек в салфетку для Линнет.
— А если мы сейчас поедем домой, движение будет очень интенсивным? — Она чувствовала себя очень усталой и хотела скорее попасть домой.
— Не волнуйся, — Руфа пожала ее руку. — Это не займет у нас много времени.
Тристан наклонился вперед, убедительно улыбаясь.
— Лидия, а почему бы тебе не поехать на поезде? Мы проводим тебя до вокзала, а там тебя кто-нибудь встретит. А мы с Руфой сможем вернуться домой, когда движение будет не таким интенсивным.
Сердце Руфы учащенно забилось. Перспектива остаться с ним вдвоем в Лондоне была заманчивой, но в то же время пугающей. Восторг было невозможно отделить от ощущения надвигающегося несчастья.
Он пристально смотрел ей в глаза, будто они были вдвоем во всем мире.
— Просто мне в голову пришла сумасшедшая идея, что мы можем посмотреть «Сон в летнюю ночь» в Риджент-парке. Погода для этого просто отличная.
Руфа воскликнула:
— О, это было бы замечательно! Но мы едва ли сможем туда попасть.
— Пруденс пользуется услугами агентства, которое обеспечивает билетами элиту. Позволь мне позвонить туда.
— Я с удовольствием поеду на поезде, — заверила ее Лидия, с надеждой подняв голову. Она любила поезда. В машине она чувствовала себя скованной и бессильной, особенно в пробках. То, что они несколько раз останавливались по дороге утром, для того чтобы Тристан мог облегчиться, лишь усилило ее беспокойство о том, что машина может сломаться или попасть в аварию. — Честно. А вам не придется спешить.
Так они и сделали. Тристан заказал билеты в Открытый театр через дорогое элитарное агентство, услугами которого пользовалась Пруденс. Они погрузили Лидию вместе с ее покупками в такси, довезли до Паддингтонского вокзала и посадили в поезд. Решив быть расточительной до конца, Руфа купила ей билет в первый класс. Она позвонила в Мелизмейт и сообщила любезному Роджеру, во сколько встретить Лидию в Страуде. Тристан сбегал для нее за чашкой чая.
Лидия благодарно расцеловала их обоих.
— Это было просто восхитительно! Когда я проснусь завтра утром, я подумаю, что все это мне только приснилось.
Поезд тронулся в сторону зеленых полей на запад, а Руфа и Тристан остались одни. Быть с ним вдвоем в заполненном толпой зале Паддингтонского вокзала почему-то казалось ей более интимным, чем быть вдвоем в доме Эдварда. Он крепко взял ее за руку и повел через потоки спешащих людей к остановке такси. Он заботился о ней — не так, как это иногда делал Эдвард, будто она была инвалидом, — а с уважением и почти с почтением.
Они не говорили это вслух, но оба чувствовали себя ужасно виноватыми и возбужденными. Тристан был отчаянно влюблен, любовь переполняла его и рвалась наружу.