Аплодисменты становились все громче и громче, заполняя все пространство церкви. Появились солисты, а за ними дирижер. Это был высокий худой человек цветущего вида с лысеющей головой. Все звуки и шорохи стихли, наступила полная тишина. Зазвучали первые аккорды.
Полли прошипела:
— Прекрати вертеться! — и сильно толкнула Рэна в бок.
— Он просто великолепен, — сказала Джастин. — Я бы, не раздумывая, бросила Хьюго ради него. Неудивительно, что ты лишилась рассудка и бросила беднягу Берри у алтаря. А как он в постели?
Полли рассмеялась.
— Просто божествен. Я никогда не думала, что секс может быть таким изумительным.
— Ну, ты всегда была удачливой коровой.
Джастин теперь по всему Лондону разнесет слухи о красоте Рэна, и это очень приятно. Однако в целом вечер начинал все больше раздражать ее. В перерыве Рэн убежал на улицу курить, хотя прекрасно знал, что Полли терпеть не может эту его привычку. Она не ожидала встретить на концерте его бывшую жену, дочку и целую кучу родственников бывшей жены. Неужели Рэн никак не может вбить себе в голову, что он больше не принадлежит к этому семейству?
Музыканты уже вновь рассаживались по своим местам, и лишь несколько человек еще оставались в задней части церкви, торопливо допивая свои бокалы воды «Перье» и теплого белого вина.
Хьюго проговорил:
— Я думаю, нам пора.
— Да, мы не будем ждать Рэна. — Полли направилась к их местам, делая вид, что совершенно не сердится на Рэна за то, что он вовремя не вернулся к ним. Что это за игры, черт возьми? Как можно быть таким невоспитанным? Как он мог поставить ее в такое неловкое положение? Всю вторую половину концерта она просто кипела от негодования. Очевидно, потребуется проделать еще очень большую работу, прежде чем ее нового любовника можно будет представить на публичное обозрение.
После окончания концерта она обнаружила Рэна в толпе родственников его бывшей жены держащим на руках свою спящую дочь. Он, по-видимому, даже не считал, что ему надо за что-то извиняться. Он вообще бы не заметил ее, если бы она не дотронулась до его руки.
— О, привет, — произнес он совершенно равнодушным тоном.
Она прошипела:
— Что с тобой случилось? Где ты был?
— Я ужасно захотел в туалет, а очередь была на целую милю. Мне пришлось идти в паб.
— Ради Бога! Ты мог бы предупредить меня.
— Гм… Извини. — Рэн не сводил своих божественных черных глаз с людей, окружавших Розу. Лидия, взволнованная и улыбающаяся, представляла им дирижера.
— Фил был так добр, — говорила она. — Он сказал, что ни за что не отпустит меня, хотя я просто оцепенела, когда поняла, что взяла не ту ноту в середине Санктуса.
Фил смущенно переступал с ноги на ногу.
— Она хотела продавать программки, но я сказал, что у нас не так много хороших сопрано, чтобы мы могли позволить себе отпустить ее.
Они оба рассмеялись, объединенные общими воспоминаниями. Полли заметила, как он непроизвольно загородил ее от людей, которые попытались протиснуться мимо нее. Ей было очевидно, что он безумно влюблен в Лидию. Это, на ее взгляд, могло быть отличным решением проблемы бывшей жены и дочери.
Рэн тоже заметил это. На его ангельском лице появилось оскорбленное выражение.
Глава седьмая
— Ничего, если я войду? — спросил Рэн. — Ну, я имею в виду, ты не будешь возражать?
— Конечно, нет, дорогой, — ответила Нэнси. — Это же бар. Мы, наоборот, заинтересованы, чтобы к нам заходило как можно больше людей. Во всяком случае, я рада тебя видеть.
— Спасибо. Ты не представляешь, как много это значит для меня.
Губы Нэнси задергались. Ей очень хотелось рассмеяться, но она не рискнула сделать это, когда Рэн был так явно удручен. Хотя Роза рассказала ей о преображении Рэна, она была потрясена его видом. С короткими волосами он уже не выглядел так легкомысленно и глупо и был просто возмутительно красив. Вторая девушка за стойкой бара в «Форбс энд Ганнинг» просто не могла оторвать от него глаз.