— Я имею в виду наших мужей, — быстро пояснила Руфа. — Предлагаю составить список подходящих кандидатов, который мы потом сократим до двух — по одному для каждой.
Она разделила груду журналов на пять частей и придвинула каждую одному из сидящих. Рошан тут же начал просматривать свою кипу быстро и по-деловому, как банковский служащий.
— Мы ищем богатых и сексапильных или только богатых? — спросил Макс.
— Только богатых, — ответила Руфа. — Когда получим первый список богатых, определим, кто из них сексапильнее.
— А если никто?
— Ты не понимаешь главного, — весьма резко заявила Нэнси. Макс играл роль адвоката дьявола, но она не позволит ему волновать Руфу. — Большой банковский счет подобен большому члену: если человек богат, всегда найдется что сказать о нем хорошего.
Макс взял из своей кипы лежавший сверху журнал «О'кей!» и стал быстро перелистывать его яркие страницы.
— Вы не знаете, чего хотите. К примеру, что хорошего можно сказать об этом?
Он шлепнул по фотографии глупейшего вида звезды рока, и все — даже Руфа — разразились смехом.
— Его зубы в очень хорошем состоянии, — заметила Уэнди. Это вызвало у них новый приступ смеха.
— Это серьезное испытание, — сказал Макс, глядя на Нэнси. — Ты могла бы выйти за такого?
— Он недостаточно богат, — уклончиво ответила Нэнси. — Это ясно. Лично я считаю, что он — настоящий Адонис, но мы ведем эту игру не ради забавы.
Сотрясаясь от смеха, Рошан переворачивал страницы «Тэтлера».
— У меня еще один тест. Вот он, чопорный дьявол. — Он продемонстрировал фотографию симпатичного молодого человека в смокинге, прикрыв рукой подпись. — Ты что, выбросишь его из постели за какую-то ерунду? Думаю, что нет. Глупая девственница вышла бы за него и без гроша.
— Это больше похоже на дело, — заявила Нэнси. — Что скажешь, Ру?
— Не знаю. Полагаю, он довольно красив. — Руфа, сердце которой было основательно потрепано Джонатаном, не привыкла измерять достоинства других мужчин. — В чем смысл этого теста?
— Мы должны либо заставить Макса перестать умничать, либо убрать его из комитета, — сказал ей Рошан. — Взгляни-ка, умник, что скажешь про этого?
Макс пожал плечами.
— Похож на крупье. Но ты хочешь сказать, что он принадлежит к высшим кругам?
— Так и есть — он маркиз, не женат и один из богатейших людей Англии.
— Внесем его в наш список, — заявила Руфа.
Макс добавил себе шампанского и прислонился к софе.
— Почему бы не остановиться на нем? Тогда останется найти еще одного, и мы сможем посмотреть сериал.
— Совершенно ясно, — настойчиво проговорила Руфа, — что это не так-то просто. Мало составить список богатых людей, надо еще найти к ним подход. Личные предпочтения появятся, лишь когда мы отберем мужчин с наибольшим количеством очков по финансовым критериям. Но прежде нужно детально спланировать свои действия.
Воцарилось молчание. Макс развалился, прислонившись к подушкам, его озорные черные глаза смеялись над Руфой.
— Ты уже все просчитала?
— Насколько это возможно.
— Итак, критерии таковы: сначала — деньги, потом — доступность. Затем — личные предпочтения.
— Верно, — сказала Уэнди. — Руфа, а принца Уэльского отбирать? Или же он недоступен?
— Фу, эти его уши! — воскликнула Нэнси, поморщившись.
Руфа была напряжена и чувствовала себя неловко, понимая, что Макс смотрит на нее и ждет ответа.
— Да, сбросим его со счетов. Мы должны быть реалистами.
— В любом случае, — отметила Нэнси, — принц не спасет Мелизмейт, разве только он убедит правительство поддержать наши дела.
— Но тогда может произойти революция, — сказал Макс, все еще бросая на Руфу насмешливые взгляды. — Ты же не хочешь сложить свою голову.
Рошан отбросил журнал и взялся за следующий.
— Макс, перестань выхолащивать Брачную игру. Мы понимаем, что она не соответствует твоим принципам, верно?
— Просто я не в состоянии постичь ее, — сказал Макс. — Пока у меня складывается впечатление, что вы настолько увлечены шикарной жизнью, что готовы продать себя мужчинам, которые вам даже не нравятся!
Губы Руфы побелели. Она не знала, что ему ответить. Макс обвинил их в самом отвратительном лицемерии. Он отказывался понимать, что они затеяли Брачную игру в надежде на награду, которая стоит жертв.
Глядя на нее, Нэнси быстро проговорила:
— Это не потому, что мы хотим роскошной жизни. Речь идет о спасении дома, который так много значит для нас и значил для нашего отца. Мы должны сделать это. Мы обязаны — ради его памяти.