Она нервно рассмеялась.
— Вы были мальчиком, который отказался делать тосты.
— Вот именно. Хотя на самом деле я всегда восхищался Руфусом. Думаю, что я заартачился лишь для того, чтобы произвести на него впечатление, хотя это и не сработало. Я не могу прийти в себя от того, насколько вы похожи на него. Вы его женский двойник. Вы напомнили мне о нем с волнующей точностью.
Берри никогда не видел Адриана в таком возбуждении. Этот человек был известен своим шармом, который, как он считал, был своего рода универсальным комплиментом в адрес нужных людей. Но это был шарм в действии. И он действовал на Руфу.
Берри украдкой взглянул на Полли. Она через всю комнату улыбнулась ему и послала воздушный поцелуй. Прекрасно!
Адриан проводил их до такси. В тот момент, когда машина заворачивала за угол, Руфа прошептала:
— Боже, я выиграла обед!
— Неужели с ним? — Нэнси выглядела озабоченной при свете уличных фонарей. — О Ру, ты шутишь. Он такой древний.
— Ты просто ревнуешь, потому что я получила приглашение на свидание. С действительно богатым человеком.
— Ревную? Он к тебе благоволит…
Оглянувшись назад, шофер спросил:
— Куда везти, дорогуши?
— Извините, Тафнел-парк, пожалуйста, — сказала Руфа. И, обращаясь к Нэнси, добавила:
— Я просто не смогла дать адрес, стоя перед Адрианом. Это было нечестно с моей стороны?
— Нет, просто чванливо. Эта брачная забава не выявляет в тебе благородных качеств, моя милая.
Руфа, привыкшая к высоким моральным критериям, заняла оборонительную позицию.
— Что же в этом плохого: получить приглашение на обед и принять его? Он мне нравится. Он знал Настоящего Мужчину.
— Меня бросает от него в дрожь, — пояснила Нэнси.
— Он довольно приятный. Думаю, это то, что мне нужно. И у меня такое ощущение, что он — намного лучший вариант, чем Берри.
— Чепуха! Берри стоит десять таких. Для начала, он не спит в гробу и не избегает зеркал.
— Ха, ха, ха, Адриан прелестен, — раздраженно проговорила Руфа. — Несравненно лучше, чем тот образ мужчины, который мы создавали, начиная Игру.
— Хотелось бы знать, от чего умерли три его первые жены.
— Не стоит об этом беспокоиться. Думаю, он безупречен, — заявила Руфа. — С одной стороны, он явно умен. Мне не придется объяснять ему, почему для нас так важен Мелизмейт.
Нэнси тихо вздохнула.
— Ты не можешь выйти замуж за этого человека. Ты будешь несчастна.
— Это исключительно моя забота.
— Быть несчастной не было условием сделки. Ты знаешь, в чем твоя беда, Ру? Ты не разбираешься в любви.
— Брачная игра не предусматривает любви, — упрямо твердила Руфа.
— Да, я понимаю, речь о безумной страсти не идет, — сказала Нэнси, — но я предпочитаю, чтобы мужчина нравился хоть немного.
— Я всегда боялась, что ты не выдержишь напряжения, — заметила Руфа. — Передай все в мои руки.
Нэнси нахмурилась.
— Руфа, что с тобой произошло?
— Не понимаю, что ты имеешь в виду.
— Ты никогда не была такой странной. — Нэнси ослабила застежки на своих новых туфлях и поискала в сумке мятные конфеты «Поло» — ее сумка из «Прада» уже полна была конфетных оберток, салфеток, сломанных расчесок и тюбиков с помадой. Ее тон смягчился: — Я знаю, после смерти Настоящего Мужчины мы все свихнулись — но в своем слащавом, тихом помешательстве ты зашла намного дальше других.
— Тогда зачем ты увязалась за мной? — отрезала Руфа. — Почему ты с готовностью ухватилась за Игру, если это безумие? Я отыскала весьма приличный вариант…
— Ничего подобного! У меня есть Берри, и я уверена: он сделает меня невероятно счастливой. Можешь забыть об этом жутком Адриане.
— И не подумаю.
— О'кей, — выдохнула Нэнси. Она, тяжело дыша, проглотила три «Поло». — Итак, линия прочерчена. Я не хочу, чтобы ты выходила за Адриана. Ты не хочешь, чтобы я выходила за Берри — верно?
Руфа долго молчала.
— Это глупо, — сказала она наконец. — Мы ведем полемику, а желаем одного и того же.
— Если я заполучу Берри, я стану победителем в Игре. И моим призом будет твой отказ от Адриана.
Вновь воцарилось молчание. При желтом мерцании уличного света лицо Руфы сделалось бледным и усталым.
— Это если заполучишь… — протянула она. — Если…
Глава одиннадцатая
Первый обед состоялся спустя три дня в «Конноте». На Руфе был темно-серый пиджак поверх шелковой блузки цвета слоновой кости.
Адриан любезно предложил сделать за нее заказ.