О существовании Луиса девушка, кажется, и вовсе забыла, видя в мыслях о нем дополнительную причину для волнений и печали. Только теперь она до конца осознала, как серьезен тот шаг, на который они оба решились. Помолвка не отнимает свободы, но делает всё за ней следующее наполненным особенного смысла. Как они уживутся? Смогут ли принять всё то друг в друге, о чем до сих пор даже не подозревали, о чем просто не успели узнать?
Воздух, казалось, наполнен голосами, запахами, чужими мыслями и намерениями, в нем не осталось места для желаний и надежд самой Софии. И, когда вечер был обречен на неудачу, так толком и не начавшись, её светлость увидела очередных подоспевших гостей: изящная Камалия в поразительно целомудренном наряде рядом с его светлостью Августом, одетым, как на парад. Всё в этой паре говорило о взаимной привязанности и скором её развитии, взгляд холодных синих глаз её святейшества Камалии был непривычно мягок и полон нежности, на которую, по мнению всех без исключения близких к ней людей, эта женщина не была способна в принципе.
Не успела Софи вспыхнуть радостью и благодарностью за визит подруги, явно примирившейся со своим возможным мужем, как вслед за парой в зал вошел его благородие Даниэль сэу’Верли – один, без сопровождения, то есть без друзей и сестры. Но его одиночество было заметно всем, кроме Софии. Она не могла отвести глаз от высокой статной фигуры хладнокровного мужчины, пережившего кораблекрушение, но нашедшего в себе силы посетить публичное мероприятие, состоящее не только из утомительных светских бесед, но и из толков самого разного рода.
София видела, что он прихрамывает, она обратила внимание на неестественный цвет правой части его лица, от неё не укрылась нарочитая сдержанность прически, словно мужчина старался лишить свой внешний вид даже самого незначительного намека на возможное легкомыслие и радушие. Он был собран и мрачен, как палач перед казнью. В его виде не было ничего от обычно тщательно скрываемого любопытства, остались лишь величие и пугающая холодность.
Желая рассмотреть вновь прибывшего, Софи потеряла осмотрительность и вышла за пределы своего укрытия достаточно, чтобы стать приметной. Впрочем, взгляды присутствующих все до единого сосредоточились на госте, и Даниэль был единственным, кто заметил её светлость, замершую на лестнице, легко разглядев девушку за спинами её близких, стоящих у нижних ступеней.
Одно короткое мгновение они молча смотрели друг на друга, толи обмениваясь приветствиями, толи объясняясь в чем-то, потом Даниэль склонился перед старшей из женщин семьи рэи’Бри, заставив Софию спохватиться и вновь спрятаться за вазой.
После случившегося девушка тут же вернулась в свою комнату, где и должна была быть всё это время. Шелка вдруг показались тяжелыми, юбки неповоротливыми, кружево излишним, прическа громоздкой, а идея с помолвкой – самой неразумной из всего, что до сих пор приходили Софии в голову.
В таком состоянии девушку и застал Алихан, в число почетных обязанностей которого входило представление сестры всем собравшимся на приеме гостям.
- Гости ждут твоего появления. Полагаю, твое личное счастье их волнует меньше, чем возможность посплетничать. Но и это их желание мы, как хозяева дома, просто обязаны исполнить.
Софи подарила брату грустную улыбку и послушно поднялась с пуфа.
- Пыталась отыскать хотя бы одну причину, по которой то, что я делаю – правильно. Не для кого-то, а для меня самой, - призналась илле, зная, что брат и без объяснений видит, в каком она состоянии.
- Мы поощряем иллюзии и оттого так переменчивы в пристрастиях, - Алихан сохранял восхитительное хладнокровие.
- Вынуждена признать, что в каком-то смысле всё так и есть. Ты с самого начала считал всю эту затею с замужеством сомнительной.
- Моё личное мнение имеет значение лишь тогда, когда оно совпадает с твоим собственным представлением о своем счастье. Честно говоря, свадьба и сейчас кажется мне не лучшим поворотом, хотя поддерживать тебя в случайно возникших сомнениях я вовсе не намерен. Ты приняла решение, и Луис не кажется мне человеком, способным причинить вред. Этого вполне достаточно для благополучия, которого я, как брат, искренне тебе желаю.