Джек одним глотком допил кофе и легко поднялся на ноги.
— Начну, пожалуй, с чердака.
— Я покажу вам дорогу.
Она бы предпочла, чтобы Джек вообще покинул дом, но уже одно то, что его не будет поблизости, было большим облегчением. В одиночестве она сможет восстановить душевное равновесие и справиться с нервным ознобом.
— Думаю, я сам найду, — ответил он с мрачной ухмылкой. — Все время вверх по лестнице, правильно?
— Правильно, — подтвердила она, улыбнувшись столь же невесело. — Постарайтесь не разбудить Монику.
— Я буду тише мыши.
Оставшись одна на кухне, Натали просидела несколько минут, бездумно глядя на чашку с узором из бабочек, только что оставленную Джеком. Она была из числа ее любимых, и Натали все пыталась вспомнить, где купила ее.
А правда, почему я вышла замуж за Антуана? — задумчиво спросила она себя. Потому что было очень одиноко, потому что казалось, он сможет обеспечить безопасность и покой, которых ей так не хватало с тех пор как погиб Симон.
Не давал ли ей случай с Антуаном повод избавиться от того, что она начинала считать ошибкой? Или это слишком простой выход? Натали свято верила в нерушимость брачных клятв, где бы они ни произносились — в бюро регистрации или в церкви. Отказаться от них при первом же намеке на неприятности или в надежде на то, что травка по ту сторону забора окажется зеленее, казалось ей неприемлемым.
И уж тем более это относилось к травке Джека Вендела. Возможно, перебравшись через вышеозначенный забор, она оказалась бы по шею в жгучей крапиве! Если он намерен попусту тратить время, обыскивая ее дом, — это его дело. У нее и своих забот предостаточно.
Но не так-то просто было сосредоточиться на шитье. Натали то и дело откладывала работу, прислушиваясь к легким звукам, доносившимся сверху: открывались и закрывались дверцы шкафов, скрипели половицы под его шагами. Она услышала, как Джек вошел в ее спальню, обогнул большую двуспальную кровать, и вдруг вспомнила, что оставила на тумбочке книгу, которую сейчас читала. «Мадам Бовари». Очень актуально! Порочная героиня Флобера, впавшая в супружескую неверность и в конце концов покончившая с собой, может быть, и жила в давно минувшие времена, но служила ярким напоминанием об опасностях, которые подстерегают тех, кто позволяет себе руководствоваться чувствами.
Она услышала, как Джек спустился по лестнице и прошел в гостиную. Там, по крайней мере, прибрано, подумала Натали. Не то что в столовой. Они нечасто пользовались ею, так как обычно ели на кухне, и постепенно комната превратилась в склад игрушек Моники, гараж для ее прогулочной коляски. Довершали картину веревки, на которых сушилось белье. Ну и что?
У Джека, наверное, множество комнат, домоправительница и пара служанок, а этот дом живет суровой трудовой жизнью!
Натали выдернула наметку из шва, который только что прострочила, и положила почти готовое маленькое платьице на стол. Оставалось только вручную обметать петли. Она закончит вечером, когда будет смотреть телевизор. Собрав швейные принадлежности, она закрыла машинку и понесла ее в столовую, где та хранилась наряду со всем прочим, что должно всегда быть под рукой, но для чего не находится места.
Джек вошел следом и криво улыбнулся, озираясь вокруг.
— Ваша комната для игр и развлечений?
— Мы редко устраиваем званые обеды, — ответила Натали с наигранной веселостью. — Здесь вы вряд ли найдете что-нибудь из вещей Антуана.
Он пожал плечами.
— Надо закончить работу, коли уж я ее начал. В общем-то, я особенно ни на что и не надеялся. Просто не хотелось бы оставлять ни одного камня не перевернутым.
Поставив машинку, Натали прислонилась к углу старинного орехового буфета, подаренного престарелой теткой, которая сопроводила дар строжайшим наказом как следует ухаживать за ним. Джек продолжил свои изыскания, снимая одну за другой книги с полок, расположенных по обе стороны от камина. Быстро пролистывая их, он поднимал клубы пыли.
— Смелее, смелее, — бесстрастно заметила она. — Вы делаете весьма полезную работу. Я давно не протирала эти полки.
— Заметно, — ответил Джек, весело взглянув на нее.
Он взял в руки альбом с фотографиями и резким движением открыл его. Лежавший между страницами снимок выскользнул на пол. Джек поднял его и принялся с интересом разглядывать.