– Доброе утро, – говорю я, слегка посторонившись.
– Доброе, – отвечает он с акцентом, и я сначала не понимаю, с каким.
– Вы не Элис ищете? Я – Джейк.
Пилот смотрит на меня скептически, затем пожимает мою протянутую руку.
– Киран.
Ирландец. Я сразу вспоминаю Орлу и остров в Ирландии.
– Вы знаете Элис? Она должна была прийти сюда, – говорит он несколько раздраженно.
– Я ее муж.
– А где сама Элис?
– Не смогла приехать.
Он ухмыляется, будто думает, что я его разыгрываю.
– И не приедет?
– Нет. Она – адвокат. У нее слушание в суде. Очень важное дело.
– Хм, такого еще не было, – смеется Киран. – Смелости вашей жене не занимать. – Он достает из кармана пачку жевательной резинки, открывает ее, сует пластинку в рот. – Смекалки, может, и не хватает, но смелости точно в избытке.
– Я приехал вместо нее.
Он качает головой.
– Ну, вы два сапога пара.
Меня одолевают противоречивые чувства, я пытаюсь ничем не выдать смятения, но не очень получается.
– Она не смогла приехать, а я не хотел, чтобы вы напрасно прождали, вот и приехал вместо нее. Из вежливости.
– Вежливости? Вы серьезно? Что я Финнегану скажу?
– Так вас Финнеган прислал?
Киран смотрит на меня, прищурив глаза, будто не может решить: то ли я непроходимо туп, то ли наивен.
– Это я во всем виноват, – упрямо говорю я.
Действительно, все неприятности Элис из-за меня. Нет, конечно, это она познакомилась с Финнеганом и пригласила его на свадьбу. Но пожениться-то я придумал. Элис была бы счастлива просто жить вместе и никогда не сомневалась бы в наших отношениях.
– Что ж, – произносит Киран. – Ценю то, что вы приехали, это мило и где-то даже храбро, но зря вы это сделали.
– Она бы обязательно приехала, если бы смогла.
Он смотрит на часы, потом проверяет что-то у себя в телефоне. Похоже, я его озадачил.
– Так, давайте уточним. Она не приедет?
– Нет.
– Ладно, приятно познакомиться, Джейк. Удачи вашей жене. Она ей понадобится. – Пилот уходит и садится в самолет. Я смотрю, как он взлетает, постепенно удаляется, становясь серебристой точкой в небе, и внутри у меня растет очень нехорошее предчувствие.
Когда я еду обратно в город, мне звонит Хуан. Он пытался отменить прием Болтонов, назначенный на одиннадцать, однако миссис Болтон и слышать ничего не захотела.
– Я ее боюсь, – говорит он.
Джин и Боб Болтон женаты больше сорока лет. Они вышли на Эвелин сразу же, как я с ее легкой руки стал консультировать семейные пары. Позже я понял почему – в городе не осталось ни одного психолога, у которого они не побывали.
Каждую неделю я со страхом жду их приема. Каждый из супругов несчастен и сам по себе, а вместе они несчастны вдвойне. Час тянется убийственно медленно, иногда мне даже кажется, что часы на стене сломались. Болтоны развелись бы несколько десятков лет назад, если бы пастор в их церкви не настоял на том, чтобы они обратились к психологу. Обычно я даю клиенту полгода, потом оцениваю прогресс. Если за это время нам не удается серьезно продвинуться, я рекомендую ему обратиться к другому специалисту. Может быть, это не самый лучший способ ведения бизнеса, но так лучше для клиентов.
Где-то на третьей неделе работы с Болтонами я спросил их, не думали ли они о том, чтобы развестись. На что Боб сразу же ответил:
– Да каждый чертов день все эти чертовы сорок лет!
Вот тогда его жена единственный раз за все время улыбнулась.
– Ладно, – говорю я Хуану. – Их я приму. В обычное время. Буду в офисе к десяти тридцати.
– Вы уже выздоровели?
– Смотря от чего.
Болтоны появляются ровно в одиннадцать. Но я совсем не слушаю, что они говорят, вернее, что говорит Джин – обычно в их паре говорит только она. Ни тот ни другая не замечают, что мыслями я где-то далеко. Уверен, Боб вообще спит во время приема, только с открытыми глазами, как лошадь. И вроде даже похрапывает. Ровно в двенадцать я говорю им, что наше время истекло. Уходя, Боб сетует, что на улице туман. На прошлой неделе было солнечно, так он жаловался на жару. Хуан брызгает в кабинете освежителем и открывает окна – он терпеть не может парфюм Джин.
В час сорок семь мне звонит Элис и радостно кричит в трубку:
– Мы выиграли дело!
– Здорово! Я тобой горжусь!
– Я иду на обед с коллегами. Пойдешь с нами?
– Это ваша победа, вечером дома отпразднуем. Куда пойдете?