Меня снова гипнотизируют три полосы, изумительные цвета, которые одновременно и спорят, и дополняют друг друга, вызывая как чувство гармонии, так и ощущение противоречия.
Элис тоже поднимает глаза на картину.
– Ох ты ж ничего себе! Это что, правда Ротко?
К нам подходит жена Юджина, Оливия. Поверх платья у нее надет фартук, однако двигается она так грациозно, что вряд ли в состоянии пролить на себя хоть что-нибудь. Как и Вивиан, она полна спокойствия.
Оливия приобнимает меня за талию и подводит ближе к картине.
– Ротко говорил, что его картины нужно созерцать с близкого расстояния и лучше не одному, а с другом.
Ее рука задерживается у меня на талии так, что мне становится неловко, и я не знаю, куда девать руки. Поэтому скрещиваю их на груди и стараюсь не двигаться.
– Эта картина – моя головная боль.
– Почему?
– Юджин подарил мне ее на десятую годовщину свадьбы. Но по рекомендации нашего финансового консультанта мы ее оценили, и теперь я буквально трясусь над ней. – Сказав это, Оливия тянет меня куда-то за руку. – Пойдемте к остальным. Вас ждут.
Вообще на вечеринки принято слегка опаздывать. Только не на эту. Все гости приехали, поставили машины на стоянку, и им уже подали шампанское и закуски. Еда проще, чем на первой встрече. Очевидно, не всякий обладает способностью делать канапе одним мановением руки. К моему облегчению, на столах простые сырные и фруктовые тарелки, салаты из сырых овощей и креветки, завернутые в бекон. Такое-то мы с Элис уж точно сможем состряпать, когда до нас дойдет очередь принимать всех у себя.
Нас приветствуют улыбками и объятиями и обращаются не иначе, как «друг» и «подруга». У меня аж мурашки по коже бегут, в хорошем смысле. Все помнят, кто мы такие и чем занимаемся, и я пытаюсь вспомнить, когда это на корпоративах в фирме Элис кто-нибудь помнил, кто я и что я. Этим людям не все равно. Может быть, даже слишком не все равно, и все же такое внимание не может не льстить. Едва знакомые мужчины подходят и начинают со мной разговор ровно с того места, на котором мы прервали его три месяца назад.
Например, Харлан расспрашивает меня о моей частной практике, а его жена разговаривает с Элис о праве. И тут я замечаю у бассейна Джоанну, беседующую с какой-то парой. Я тщетно пытаюсь поймать ее взгляд. Рядом со мной возникает Нил.
– Джоанна очень мило выглядит сегодня, правда? – говорит он так тихо, что услышать его могу только я.
– Конечно.
Похоже, ответ неверный, потому что он сжимает мне плечо отнюдь не по-дружески. Потом смотрит на Элис и задерживает взгляд на ее шее.
– Выглядите просто великолепно!
– Не в последнюю очередь благодаря аксессуару, – Элис касается воротника.
– Возможно, вам и не захочется с ним расставаться.
Я откусываю кусочек шоколадного кекса и думаю, как ответить Нилу, когда к нам подходит хозяйка прошлого собрания.
– Добрый вечер, друг, – обращается она ко мне. – Рада снова вас видеть!
– Добрый вечер, подруга, – отвечаю я.
Элис удивленно косится на меня.
Кейт наклоняется и целует меня в губы. Я чувствую вкус ее помады и ванильный аромат духов. Ее поцелуй холоден, но он говорит мне о том, что друзья мы более близкие, чем я думал. Похоже, тут все так себя ведут.
– Готовы к взвешиванию?
В ответ на наши с Элис ошарашенные взгляды Кейт смеется.
– Очевидно, вы прочли не все приложения и дополнения к «Кодексу».
– А разве там были какие-то приложения?
– Каждый год Главный комитет выпускает дополнения и новые правила, – поясняет Кейт. – Они должны были быть в ваших экземплярах «Кодекса». На отдельных листах.
– У нас точно не было никаких отдельных листов, – хмурится Элис.
– Правда? – удивляется Нил. – Я поговорю с Вивиан.
Я внутренне злорадствую. Похоже, у Вивиан будут неприятности. Интересно, какие.
– Да ничего страшного, – пожимает плечами Кейт. – Бывает такое по недосмотру, хоть и нечасто. Просто новые положения вышли как раз перед тем, как вас приняли в «Договор». В нашей группе ежегодное взвешивание обычно проходит во время первого квартального собрания, а контроль физической формы обычно в третьем квартале. Но сегодня мы проведем что-нибудь одно, я полагаю.
Кейт поворачивается к Элис. В отличие от других, она «замечает» воротник.
– Правда же, способствует просветлению? – произносит она, проводя пальцем по гладкой серой поверхности. Потом доверительно сообщает: – Мне тоже надевали много лет назад. Новая модель несравнимо лучше. Сейчас их печатают на 3D-принтерах, поэтому сидит как влитое. Штука, конечно, дорогая, но, возможно, вы слышали, что наша инвестиционная группа прекрасно поработала в этом году.