Отношение Ливии к Джеймсу пока еще едва ли можно было назвать дружеским. Но после кокетства и заигрываний, к которым он привык за время своих опросов, для него было даже некоторым облегчением общаться с женщиной, не предпринимающей ни малейших попыток его соблазнить. И даже если иногда ее отношение к нему граничило с явной враждебностью, он воспринимал это почему-то со смехом. Ее колючие пристальные взгляды казались ему совершенно обворожительными; настолько, что ради удовольствия их заполучить, он иногда намеренно, чуточку ее поддразнивал, провоцируя.
Слишком новы были эти чувства, никогда ничего подобного в жизни он не испытывал. Итак, не было никаких сомнений, что к Джеймсу Гулду пришла любовь.
Однажды, трудясь за своим письменным столом, Джеймс вдруг обратил внимание, что стакан с водой, стоявший слева, ведет себя как-то странно. По поверхности воды, устремляясь от краев к центру, поползли концентрические круги. В изумлении он смотрел на воду, потом взял стакан и понес в кухню.
— Не знаете, Ливия, — спросил, ставя стакан на стол, — что это значит?
Ливия взглянула.
— Землетрясение, — определила она. — Так, небольшое. У нас они постоянно случаются, особенно в жаркую пору.
Джеймс приложил к стене ладонь. Теперь уже явно чувствовалось: легкая вибрация, отдававшаяся гудением сквозь каменную кладку здания. Но гул становился сильней, Джеймс явственно это слышал. Нет, это не землетрясение! Оно происходит толчками, не переходит в такой густой рокочущий гул.
— Не бойтесь, — беспечно бросила Ливия. — Дома здесь очень крепкие. Специально так построены.
Снаружи взвыли сирены.
— Черт подери, это вовсе не землетрясение! Это налет! Надо идти в убежище.
Ливия кивнула на кастрюлю:
— Не могу, иначе все пропадет, а я столько в очереди отстояла, чтоб все купить. Идите.
— Я подожду вас, — сказал Джеймс.
Он выглянул в окно. Теперь немецкие самолеты были ясно видны, волна за волной накатывали вытянутые, как карандаш, «Юнкерсы-88». Они шли с севера, очень высоко, чтобы их не достали зенитки военных кораблей, стоявших в заливе.
— Да отойдите вы подальше от окон, — ворчливо сказала Ливия. — Стекло полетит, всего вас разрежет.
Джеймс отступил. Мощный звук взрыва заглушил вой сирен.
— И окна лучше открыть. Чтоб стекла от напряжения не полопались, — Ливия поймала удивленный взгляд Джеймса. — Здесь и раньше случались налеты.