- Вижу, никто времени даром не теряет, только от чего мне так погано видеть всю эту картину?
- Прошу Вас прояснить свои слова! А если не будет исчерпывающего ответа, то призываю Вас держать свой путь далее, и не задерживаться тут.
Леннард приближался из темноты к свету ворот. Жёсткие тени только добавляли его образу свирепости. Рашиль не двигался с места, продолжая ровно и глубоко дышать. А Рива же чувствовала себя пойманной с поличным. Её уши горели, а к горлу подступала паника.
- Надо же! Птичка умеет чирикать?!
Рашиль сжал кулаги. А вокруг Леннарда начала собираться пыль и вздыматься земля.
- Кажется, дорогой пират, твой план провалился, а жертву не оценили, - обратился он уже к Риве. - Но, как я погляжу, ты не особо в пролёте. - В конце его слов, около Ривы разлетелся в пыль небольшой камушек, заставив девушку вскрикнуть от неожиданности.
Для Рашиля это было сигналом к действию, он бросился с кулаками на Леннарда, вокруг которого уже парили огромные валуны, готовые сорваться по команде земляного мага. Рива видела, как эти двое сейчас в пяти минутах от того, чтобы убить друг друга, и мощным разрядом своих молний откинула их в разные стороны!
- Вы, что, совсем идиоты?! - В сердцах прокричала она.
Пока все трое отходили от произошедшего, за воротами послышался нежный женский голосок:
- Рашиль! Рашиль! Вы забыли перчатки. - Мирисса неслась со всех ног, держа перед собой небольшой свёрток. Только подойдя совсем близко к ограде и заметив остальных, укоротила шаг. А как только узнала Леннарда, и вовсе остановилась.
К этому времени блондин, как и архивист. Успел подняться и даже отряхнуть полы своего плаща от снега.
- Ну что за занятнейшая комедия, а?! - прорычал он, направляясь к Риве. - Буду польщён возможностью провести завтрашний вечер, подле вашей персоны, госпожа Риваль де Вон. - с невероятной ловкостью и скоростью поцеловал руку девушки. Затем посмотрел на архивиста, зло хмыкнул и направился прочь.
- Что здесь произошло? - Запищала Мирисса, всё так же протягивая перчатки архивисту. Её голосок подействовал отрезвляюще после наводящего ужас Леннарда. Рива посмотрела сначала на неё, потом на Рашиля, жестом показав ему не приближаться, и, ничего не ответив, пошла в направлении корпуса, ни разу не обернувшись.
На кровать она упала абсолютно обессиленной, заснув в том, чём была, всё ещё ощущая запах Леннарда Эйнора на своей одежде, и слыша голос Рашиля в ушах.
Глава 10
Весь следующий день Рива пряталась от обстоятельств, от остальных девиц, от Мириссы, да и от себя в библиотеке, усиленно работая над своими научными трудами. Если вначале деятельность, с непривычки после вынужденного перерыва давалась тяжело, то уже к середине работы Рива не прерывалась ни на еду, ни на питье. К сожалению, начало бала такая увлечённая работа не оттягивала, а наоборот, приближала. Внутренне, девушка надеялась на внезапную катастрофу, чтобы этот бал не начинался и вовсе. Но ничего не происходило: ветер не срывал крыши домов, реки не выходили из берегов, а с неба не летели огненные сгустки лавы. Ещё четверть часа и двери бальной залы распахнуться, приветствуя участниц сезона. За это время Рива только дойдёт до женского корпуса. А там, на балу, будет Рашиль. Как посмотреть ему в глаза? Как объяснить свою выходку? Как заставить его образумиться и понять, что Мирисса - лучший вариант. И Леннард тоже вчера вспыхнул как факел, хотя обычно представал перед всеми холодным и бесстрастным. И что на них нашло? Уж на балу при гостях они не станут ничего чудить? А если это из-за Ривы? Не будет Ривы, жар в крови подугаснет, да и, собственно, делить им будет нечего! Стоило девушке подумать про мужчин, как в голове моментально вспыхнули два образа. Образ сентиментального и стеснительного Рашиля, с его молочной внешностью, трогательными словами и забавными одеждами. Его вчерашнее безрассудное признание и возымело эффект взорвавшегося снаряда. Именно этих слов боялась услышать Рива: слишком много в них вкладывается смысла и ответственности. В противовес фигура Леннарда, искушённого жизнью и женским вниманием, с его острым лицом, о которое можно порезаться, с его беспринципностью в поступках и словах и вопиюще изысканными нарядами. Изначально, для неё он был глыбой льда, которая впоследствии так обеспокоенно согревала руки девушки. Рива не понимала, и не хотела понимать, что происходит. Она боялась себе признаваться в том, что испытывает к каждому из мужчин. И если бы сейчас, выпив наикрепчайшее зелье цинизма, ей пришлось выбирать, то те, кто от неё это требовал, так и остались бы ни с чем. Риву манила чуткость и деликатность Рашиля, но в то же время подстёгивала и занимала импульсивность и сила Леннарда. Была бы Рива макакой, то не колеблясь, выбрала сильного и грозного самца, но макакой ей, к сожалению, быть не пришлось, а выпало жить в месте где были в чести немного другие идеалы. Забавно, ещё месяц назад она так отчаянно вела войну со соей семьёй за независимость в виде получаемого ей образования, а сейчас, схоже столичной вертихвостке просчитывает, с кем же из кавалеров ей будет выгоднее остаться.