Защита, что была на мне сработала на первых двух, а новичков я не собираюсь проверять на наличие магии и вступать с ними в бой. Четверо против одной меня — это слишком.
Резко развернулась обратно в сторону зала и, подхватив подол, бросилась бежать. На помощь не зову, экономлю дыхание. В зале мало людей, большинство уже в приличном подпитии, пока я буду кричать, а они думать, что делать, меня несколько раз успеют прирезать и уйти.
Двое наемников без какого-либо стеснения бегут за мной в зал, остальные пока, видимо, не в состоянии, их хорошо приложило моей защитой.
Повезло — на пути попался молодой шенар, поэтому я, с криком: “помогите!”, спряталась за спиной растерявшегося аристократа. Наемники недолго думая, напали на шенара, тот в ответ оказал сопротивление, причем магией.
Не жду развязки. Бегу дальше. Надо спрятаться и либо дождаться помощи, либо, что более вероятно, подготовиться к бою. Понадобятся не только защитные, но и атакующие заклинания. Но, если меня не найдут, то можно и отсидеться. Не смогут же наемники долго безнаказанно гулять по дому крупного вельможи, да еще и после нападения на шенара.
Сердце гулко колотится, на висках выступил пот. Бегу вглубь дома, не разбирая дороги, петляю, словно заяц и потом забегаю в первую попавшуюся открытую дверь. Закрыться нет времени. Панически оглядевшись, бегу к большому шкафу и прячусь в нем, зарывшись в ворохе одежды. Не самое оригинальное укрытие, но в моем состоянии лучше ничего больше не придумалось.
Тишина. Звенящая, очень напряженная для меня. Прислушиваюсь к каждому шороху. Попутно пытаюсь что-нибудь намагичить, но пока получается плохо — кровь шумит в ушах, концентрации никакой, руки дрожат.
И тут тихий скрип открываемой двери!
Мне конец.
Превратилась в слух. Не дышу. Даже сердце, кажется, не бьется. Если меня найдут, наброшусь на наемников, как дикая кошка.
Слышны только шорохи и странные причмокивания. Довольно долго.
Странно, что-то не то.
А теперь, кажется, слышу вздохи и стоны.
Стоны усиливаются.
— Может быть не стоило нам ложиться на кровать? — доносится до меня смущенный женский голос. Весьма знакомый голос.
Выдохнула. Нет, это не наемники. Видимо, какая-то парочка. Ситуация тоже не из приятных, но в комнату, где есть люди, наемники не сунуться, наверняка парочка еще и предусмотрительно закрыла гостевую спальню на замок.
Думаю, во избежание конфуза, отсижусь здесь, а когда парочка будет уходить, и я выскользну вслед за ними, вернуть в зал, где проходит маскарад, туда наверняка уже к тому моменту вернуться многие гости и обращусь за помощью.
— Нет, что ты, моя нежная роза. Так наоборот лучше. Мне так удобнее будет тебя целовать. Я хочу быть к тебе ближе, — слышится мужской ответ.
Шкаф сделан на совесть, стены толстые, так что приходится напрягаться, чтобы слушать. Вообще подслушивать нехорошо, но любопытно.
— Ох, у меня так кружится голова. Это все от лимонада, я уже замечала.
— Это не от лимонады. Кружат голову поцелуи. У меня голова тоже кружится от твоих мягких податливых губ. Я готов целовать тебя бесконечно, моя прелесть. Скажи, ты любишь меня?
— Д-да. А ты?
— О, я влюбился в тебя с первого взгляда. Это волшебная ночь, мы должны провести ее в объятиях друг друга.
— Да, волшебная… Но мы ведь будем только целоваться?
— Конечно, ненаглядная. Поцелуи, объятия, ласки. Я не приступлю черты. Я знаю, что ты невинна и принадлежишь другому и буду довольствоваться только малым.
— Я боюсь.
— Не бойся, никто ни о чем не узнает. Обещаю.
Ну, это он зря. Не стоит давать столь опрометчивых обещаний. Я уже знаю. Правда не знаю кто там, хоть голос девушки и кажется знакомым. Но лучше не выяснять. Чем меньше знаешь, тем дольше живешь. Если парочка узнает обо мне, могут и довершить работу наемников. Репутация — вещь серьезная. Так что сижу тихо дальше, пусть себе воркуют и целуются. Не вижу в этом ничего ужасного.
Вновь в комнате раздаются лишь тихие стоны, влажные чмоки и вздохи.
Я даже начала засыпать под эти тихие шорохи. Как-никак середина ночи, под ворохом одежды вполне уютно, правда поза неудобная, но это мелочи. Однако парочка вновь решила пообщаться.
— Зачем ты лег на меня?
— Я же говорил, хочу быть к тебе как можно ближе, ощущать тебя всю.