Тэлбот молчал.
-- Вы друг мистера Монтэгю, мистер Шелдон? -- задумчиво поинтересовалась Кора.
На лице виконта промелькнула странная улыбка.
-- Сокурсник, мисс. Он учился на юридическом факультете, я -- на богословском, но наши комнаты были рядом и некоторые лекции были общими для всех, -- ответил Шелдон и медленно пошёл по аллее туда, где небо вновь озарилось фейерверком.
Ни Тэлбот, ни мисс Иствуд, ни сам Раймонд Шелдон не знали, что у их разговора был ещё один свидетель. Сэр Остин Чилтон имел столь же мало интереса к бурлескам, как и Шелдон, просто он устроился на скамье, скрытой кустами лигуструма, и не заметил прихода Раймонда. Однако голоса привлекли его внимание.
Чилтон, когда понял, о чём идёт речь, не счёл нужным вмешиваться в разговор и тем более обнаруживать своё присутствие. Старость нетороплива и лишена суетливости, и сэр Чилтон оставался на скамье, предаваясь тёмным раздумьям, ещё долго после того, как все участники беседы покинули парк.
Глава 10, из которой в которой проступает подлинное мнение виконта Шелдона о мистере Монтэгю.
Шелдон хотел домой, но его пригласили в кружок мистера Карбэри, и он не мог не подойти. Он вёл вежливую светскую беседу, когда снова заметил Монтэгю. К нему подошла мисс Кора, и виконт видел, как она что-то говорит ему, трепещущему и заворожённому. Новый вопрос полковника отвлёк его от парочки, а когда он встал, чтобы уйти, то заметил, что бледный Джулиан дожидается его у колонны. Они вместе вышли на улицу. Монтэгю, как понял Раймонд, узнал от мисс Иствуд о разговоре в парке, однако в голосе его были лишь горечь и раздражение.
-- Я, видимо, должен поблагодарить вас, Раймонд, но я не понял, что побудило вас вмешаться?
Шелдон пожал плечами.
-- Зачем позволять нести грязь туда, где её нет? Достаточно и того, что есть...
Монтэгю горько усмехнулся. Он нервничал, в его движениях проступала взвинченность, жесты были порывисты, нервозны и почти судорожны.
-- Да, вы неоднократно давали мне понять, что я развратен и зол. Готов даже признать, что это соответствует действительности. Но чего ради вы вдруг стали защищать меня, Шелдон?
Виконт снова пожал плечами.
-- Я говорил вам, Монтэгю, что вы излишне драматизируете жизнь, не уважаете в себе образ Божий, оскверняете своё тело, что вы озлоблены и недоброжелательны, склонны своими выдуманными обидами оправдывать то, что не подлежит оправданию. Но я говорил это вам и -- в приватной беседе. Позволять приписывать вам то, чего вы не совершали -- бесчестно. Тем более что мерзавец Тэлбот прекрасно знал, что лжёт, но настоящими помоями облить вас не мог -- от самого смердит тем же.
Монтэгю недоверчиво усмехнулся. Он никогда не понимал этого человека. Джулиан видел, как жил Шелдон и, хоть и не уставал насмехаться, ни разу не мог поймать его не только на дурном поступке, но даже -- на дурной мысли. Это раздражало. Джулиан дорого бы дал, чтобы иметь возможность посмеяться над Шелдоном, хотя бы раз застать его in flagranti, унизить до себя... Но сейчас к его всегдашней неприязни к этому очень сильному человеку и зависти, которую он ощущал неоднократно, хотя Монтэгю никогда бы себе в ней не признался, добавилось чувство, пересиливавшее и подчинявшее себе всё остальное. Монтэгю не хуже Тэлбота понимал, что именно Раймонд Шелдон является его подлинным соперником, и стоит ему шевельнуть пальцем -- Кора будет принадлежать ему. И потому проявленное Шелдоном по отношению к нему, Монтэгю, благородство тоже казалось унижением.
-- Что вам за разница, будет ли мисс Иствуд думать обо мне как о трусе и развратнике или нет? -- Монтэгю просто хотелось, чтобы Шелдон высказался.
Раймонд понимал Монтэгю. Джулиана выдавали и глаза, и пунцовый румянец на скулах, и сбивающееся при виде мисс Иствуд дыхание. Влюблён до ослепления. Понимал Шелдон и себя. Видел безнадежность своей любви, и оттого постигал, насколько любовь бывает безысходна. Но осознавая, что никогда не получит того, чего жаждет его душа, Раймонд понимал, что никогда уже не сможет полюбить и Кору Иствуд. Претили кокетство, суетность, отсутствие терпения и заметная зараженность дурным духом эпохи. Правда, кое-что в ней нравилось Шелдону, было живым и человечным, недостатки её были не таковы, чтобы, будь в нём нежное чувство к ней, он не смог бы преодолеть. Но чувства Шелдона по нелепому произволу случая принадлежали другой.
-- Мне казалось, что эта девушка вам, мой друг, небезразлична, а раз так -- вам должно быть небезразлично и то, что она думает о вас, -- проронил он Монтэгю.
-- Положим, но я спросил, почему это небезразлично вам, мистер Шелдон?
Раймонд неожиданно усмехнулся. Он несколько раз, ещё в Кембридже, обращался к Монтэгю со словами "друг мой" и всегда слышал в ответ "ваша милость" и "мистер Шелдон". Его дружба отвергалась жёстко и несколько подчеркнуто, с высокомерием и нервной торопливостью. Шелдону казалось, что он понимает Монтэгю: теперь Джулиан видел в нём не только оппонента, но и соперника.
Раймонд с улыбкой наклонился к Монтэгю и с любопытством спросил:
-- А, скажите, Монтэгю, если бы моё имя смешивали при вас с грязью, вы опровергли бы клеветников?
-- Если бы Тэлбот при мне рассказывал мисс Коре мерзости о вас?
Шелдон снова усмехнулся. Он видел, что для Монтэгю его провокации выглядели незначительными и пустыми, всё, что хотел Джулиан, -- это услышать о планах самого Шелдона в отношении той, которой он бредил. Раймонд не хотел мучить Монтэгю, но и открывать ему сердце тоже не собирался.
-- Я не называл имен, Монтэгю. Так вы бы вступились за меня?
Монтэгю досадливо поморщился.
-- Не знаю. Если бы то, что говорилось, показалось мне мерзким, возможно, опроверг бы. А, может, и нет, кто знает?
-- Н-да... И, наверняка, окажись вы на месте Вивьена, вы, так же, как и он вас, облили бы его грязью...
-- Мне надоели дебаты о чести и добродетели. Скажите, Шелдон... -- голос Монтэгю дрогнул. Джулиан ненавидел этого надменного богача, с издевательским высокомерием называющего его своим другом, презирал себя за слабость, вынужденный унижаться перед ним, но ничего не мог с собой поделать: для него на карте стояло слишком много. -- Вы собираетесь жениться на... мисс Иствуд?
Шелдон вздохнул. Монтэгю был неисправим.
-- Когда я видел дворец Сен-Джеймс издали, он казался мне маленьким, Джулиан. Но подъехав ближе -- я постиг его подлинные размеры и величие. Но почему... к иным людям, чем ближе подходишь, тем они мельче, а? Простите, я отвлёкся... Мой отец назвал имя мисс Коры Иствуд первым в списке моих возможных невест. Но если то, что я видел у мистера Сейвари, правда... -- Шелдон отстранённо и вежливо улыбнулся. -- Вам ведь дали понять, что вы можете рассчитывать на внимание...
-- Да, но это был сделано, чтобы вызвать вашу ревность, Шелдон.
-- Монтэгю... -- Раймонд Шелдон стал уставать от разговора. -- Все, что я могу, это уступить дорогу вам и Тэлботу. Заставить мисс Иствуд полюбить вас я не могу.
-- Но она любит вас, Шелдон.
Раймонд окинул Монтэгю взглядом изумлённым и -- подлинно высокомерным.