Последние очень меня беспокоят. Они напрямую связаны с будущим и отчасти пересекаются с настоящим. Еще больше меня тревожит предстоящая встреча с Перумовым. Владислав очень настаивает на ней. Он уже знает, что я в городе и прислал очередную весточку с напоминанием. Не знаю, что такого особо срочного он хочет мне поведать, но придётся соглашаться. Хотя мне по-прежнему очень неприятен этот человек. Такие как он, в такое время как сейчас, способны достигать больших высот. Война всегда взращивала монстров. Даже среди людей. Особенно среди людей.
Моего Грифона тоже беспокоит эта встреча. Он советует отказаться. Но я не хочу показать графу, что избегаю его. В конце-концов, мне и самому интересно, что же он хочет мне рассказать с глазу на глаз… "
Днём позже.
"Мы встретились на главной городской площади, на балконе пятого этажа шикарной ресторации, расположенной в старом здании бывшей резиденции разорившихся Апраксиных. Нынче это самый элитный клуб для дворян во всем городе. Впрочем, мне всегда было наплевать на неписанные правила, традиции и эти ни к чему не обязывающие посиделки с брехнями и хвастовством. Но одно у этого места было не отнять — ресторация старины Прохора была просто на загляденье и кормили там великолепно.
Перумов загодя заказал нам один из отдельных кабинетов, обустроенных на балконе. Вид сверху на площадь и городскую округу открывался просто потрясающий. Стоял на редкость теплый и погожий день. Воздух был напитан бодрящим свежим воздухом, ощущением надежды, свободы и… Предчувствием грядущей беды. Но кроме меня, никто не мог уловить последнего аромата.
Я не заставил графа себя долго ждать. Явился в согласованный час и обнаружил его уже сидевшим за столиком. Мы разминулись буквально на считанные минуты. Перумов прекрасно разыгрывал из себя радушного хозяина и стремящегося набиться мне в друзья и союзники человека. Хотя он не хуже меня знал, что дружбы между нами быть не может, а союзничали мы в последнее время лишь из-за войны.
Я чинно поздоровался с ним, сел за стол и заказал чаю. Я был само спокойствие и благодушие. Принял правила игры своего оппонента и всячески поддерживал ее. Перумов, все понимая, так же мастерски отыгрывал свою роль.
Накануне нашей встречи, назначенной на этот замечательный поздний утренний час, когда солнце, поднимаясь над крышами и башнями окружающих площадь старинных зданий, начало пускать по кровле яркие игривые блики, мне приснился очередной провидческий сон. Грифон на этот раз превзошёл сам себя. Еще никогда он не забрасывал меня так далеко.
И проснувшись, приняв то, что увидел и осознал, я понял, что должен делать. Мне предстояло совершить небывалое. Переступить через самого себя и собственные принципы. Через всех и всё. Но я знал, что обязан это сделать и сделаю.
Перумов не догадавается об этой стороне моих наследных Способностей. До последнего момента я и сам не знал, что эти таланты могут быть во мне столь сильно развиты. Но пришедшие в наш мир измения затронули и меня.
Я все еще до самого последнего мига продолжал надеяться, что увиденное мною грядущее лишь один из вероятных вариантов развития пока еще не произошедших событий. Но только войдя на балкон и взглянув в глаза лицемерно улыбающегося мне Владислава, я убедился, что пути назад нет. Невероятные и страшные события уже закрутились, а будущее начало меняться. И единственное, что я мог сделать, это, пожертвовав всем здесь и сейчас, сохранить надежду на нашу победу в дальнейшем. И я должен был приложить все усилия, испытать себя на все дарованные мне господом стойкость духа и прочность, чтобы выдержать всё, что мне уготовано. И сделать все правильно, чтобы у того, кто продолжит мое дело спустя столетие, был шанс все исправить.
Стоило признаться, что сейчас я уже ничего не мог сделать. Я опоздал. Недооценил Владислава. Точнее, не думал, что он окажется способен на подобное.
— Я рад, что ты отозвался на мою просьбу, Владимир, — Перумов был вежлив и обходителен. — Сегодня у Прохора просто отменные закуски, не желаешь попробовать? Или обойдёшься одним чаем? Кстати, могу порекомендовать некоторые новые сорта. Весьма бодрят.
— Думаю, у нас обоих, как у людей занятых и деятельных, не так уж много времени, Владислав, — ответил я ему. — Так не будем отнимать эти драгоценные минуты друг у друга.
Перумов задумчиво посмотрел на простирающийся перед нами проснувшийся город.
— Время, время… Одним его вечно не хватает, другие ждут не дождутся скорейшего ухода… Но никто не знает, когда придёт его час, верно? И сколько времени осталось нам, этому городу, миру?