В постепенно переместившейся на полигон ожесточённой дуэли контрчар и разрушительных заклинаний, заставляющих содрогаться цокольное основание Цитадели, сильнее оказался Рогволд. Да, в другое время победой над одним из сильнейших магистров Совета можно было бы гордиться. Но во что выльется его победа сейчас и как им аукнется? Хотя, вынужден был признать вечно скептически настроенный волшебник, они дошли до такой черты, когда хуже уже и быть не может.
— Нешто одолел супостата? — кряхтя и кашляя, осведомился Ленид, поводя крючковатым носом из стороны в сторону и разгоняя морщинистой ладонью дым. — Конечно, сейчас не те чародеи, что были в мое время… Вот раньше…
Даже не обращая внимание на сварливое брюзжание старика, Рогволд повернулся к изумлённо вытаращившемуся на труп Врочека Трофиму. Прочистив горло, маг просипел:
— Хм… А мне он казался вполне себе приличным человеком.
Тяжело вздохнув и похлопав коллегу по плечу, Рогволд с усмешкой сказал:
— Трофим, ты всегда лучше разбирался в чудовищах, чем в людях.
Захват власти в Цитадели Корпуса Тринадцатой Стражи прошел быстро и относительно бескровно. Бывшие главы следственной комиссии чересчур сильно уповали на собственную неуязвимость и полномочия абсолютной власти карать и миловать, выданные самим Императором. Им и в голову не могло прийти, что капитан Ярослав Кречет думает по этому поводу несколько иначе.
Вновь заняв законное место в своём рабочем кабинете, успев по нему изрядно соскучиться, Кречет первым делом отправил в Столицу срочное донесение, адресованное Светлому Князю Роману Рокоссовскому, в котором в мельчайших подробностях изложил произошедшие за последние сутки в Лютограде события, постаравшись ничего не упустить. Следующим указом вызвал к себе трех капитанов боевых крейсеров, старшего сержанта прибывшего в Цитадель взвода Часовых Второй Стражи и заместителя покойного графа Василия Кулагина из числа оперативников.
На некоторое время все запланированные вылеты и вахты бойов Тринадцатой Стражи были отменены, в Цитадели объявлено осадное положние и огромный замок наводнился десятками суровых и вооружённых людей.
В кабинете Кречета помимо хмурых столичных гостей находились полностью закованная в силовую броню, вооруженная огромной боевой глефой Корнедуба Алена Дорофеева, Рогволд, сам сержант. Кречет в нескольких фразах описал вызванным на ковер людям то, что произошло. Рассказал, что следствие завершено ввиду проросшего на самой верхушке комиссии предательства высших должностных лиц, что привело к смерти графа Кулагина. Объявил, что они вольны вернуться обратно в Столицу и отвезти тело погибшего графа домой, чтобы передать его близким, дабы те могли похоронить этого достойнейшего человека с надлежащими почестями. То же самое касалось и получившего по заслугам изменника Магистра Януша Врочека.
Однако взятого в плен опасного преступника и коварного предателя барона Вениамина Рыкова, посаженного под замок и закованного в кандалы, Кречет отпускать отказался наотрез. Его судьбу должен решить высший государственный суд. А пока он побудет в полной безопасности здесь, на уютных нарах со свежей соломкой в одном из самых глубоких подвалов замка.
В одночасье лишившиеся командования офицеры были вынуждены согласиться со всеми словами грозного капитана Тринадцатой Стражей. В тот же день все занятые на земле моряки, Часовые Второй Стражи и сотрудники следствия были возвращены на борта и огромные боевые крейсеры начали готовиться к отлёту.
Сержант Корнедуб все время находился в лихорадочном мандраже и бухтел, что зря они не реквизировали пришлые незванные суда в свою собственность. Рогволд мрачно прердрекал, что вероятен шанс бунта офицеров Императорских кораблей. Но Кречет был уверен, что разум этих людей возобладает над страстью.
А еще Кречет надеялся, что его письмо дойдет до адресата и престарелый Князь сможет убедить государя не рубить сгоряча. Им же всего лишь надо немного времени. Времени, которого Алексею будет достаточно, чтобы раз и навсегда смыть с себя грязные беспочвенные подозрения и обвинения в измене. Но до той поры, пока Бестужев не предъявит на суд Высшего государственного совета доказательства своей невиновности, Цитадель будет продолжать оставаться на осадном положении.
— В Цитадели объявлено осадное положение? — я не мог поверить тому, что только что своми ушами услышал от поздно вернувшегося в гостиницу Франка. Принесенные им свежие новости были просто невероятными.