— Я не мог просто так погибнуть, — сильно прижимая ее бедра к своим, прошептал я. — Ты же меня знаешь…
Рух стояла на берегу огромного, заполненого ало-багровой жижей котлована. Колыбель Сотворения была на первый взгляд безмятежна и тиха, как глухая болотистая заводь. Густая, похожая на жирную плёнку поверхность сверкала в свете подглядывающей сквозь прорехи туч луны жутким зеркалом.
Но Ведьма знала, что это кажущееся спокойствие обманчиво. Внутри ямы уже зародилась новая жизнь, готовая явить себя всему миру. Шли последние дни, если не часы, сложнейших колдовских процессов, которые вот-вот должны были окончательно завершиться. И тогда то, что выйдет из Колыбели на поверхность, заставит содрогнуться противостоящих им людей.
Рух уже побывала на месте уничтоженного Ярограда и, стоя на краю громадной воронки, возникшей на месте исчезнувшего в буйстве первозданной энергии города, не могла сдержать непроизвольной дрожи. Вот она, освободившаяся мощь Сердца Хаоса…
Ухора была полной идиоткой, раз допустила подобное и проворонила под собственным носом могущесвенную машину Древних. Туда ей и дорога. Жаль только, что взрыв уничтожил практически все поголовье населяющей Северные земли Орды. Выжили лишь единицы.
В основном те, кто денно и нощно охраняли Колыбель Сотворения. Охрана, о которой озаботилась сама Рух, не доверяя в этом плане Ухоре. И как время показало, не зря. Теперь в распоряжении одной из сильнейших ведьм Ковена было с десяток хагеров, три ведьмы низшего звена, да полсотни разномастных тварей. Капля в море по сравнению с тем, что испарилось в неистовом горниле чудовищного пожара, пожравшем камень, плоть, землю и железо.
Все остальные погибли, включая воинов, рабов, слуг, вьючных животных и рабочих тварей. Несколько тысяч созданий Орды враз обратились в пепел. Так же как и томящийся в огромных подземных казематах человеческий скот, разводимый все последние десятилетия. Ничто не могло устоять пред яростью освободившейся энергии Сердца Хаоса.
И тем более было удивительным то, что один из проживающих в Ярограде хагеров смог выжить. Рух он был отлично знаком. Одно из ее самых последних созданий. Ак-Йос.
Внимательнейшим образом осмотрев высоченную, облачённую в долгополую кольчугу и истрёпанный плащ с черным беспросветным клобуком, костлявую жилистую фигуру, Рух протяжно прошипела:
— Все боги Тьмы благоволят тебе, Ак-Йос… Как ты смог выжить в пламени, в котором погибла госпожа Ухора и все остальные?..
Хагер, бесстрастно качнув головой, гортанно произнёс:
— Госпожа Рух, Ухора погибла совсем в другом месте.
Рух с проснувшимся любопытством посмотрела на свое творение.
— Она что, сумела выбраться из гибнущего города?
— Адское пламя дышало ей в спину, но не сумело догнать… Свою смерть Ухора нашла в лесу. От рук Часового. Я выжил лишь потому, что находился в тот момент далеко за пределами города. Когда я вернулся, все уже было кончено.
Недоуменно нахмурившись, Рух словно попыталась просверлить в хагере две дыры. За долгие годы Рух создала немало подобных тварей. Но этот… Иногда ей казалось, что Ак-Йос чем-то всё же отличался от прочих. Ведьма медленно провела по груди хагера когтистым пальцем. Тот отвечал невозмутимым молчанием.
— Здесь был Часовой? Значит, мы были правы, и произошедшее — дело рук этих ублюдков из Лютограда. Всё верно?
Хагер так же молча склонил голову. Рух, кривя губы с сардонической усмешке, снова вернулась к созерцанию багрового озера. На его поверхности не вспучивались пузыри, ни бежали волны. Лишь убийственный запах протухшей крови разносился по всей округе. Да такой, что пролетавшие поблизости, ещё не впавшие в спячку мухи дохли прямо в воздухе.
— Часовые… Но откуда они знали, что Сердце Хаоса находится в Ярограде… Как им стало доступно сие знание? Даже мы не знали, где находится машина. Ак-Йос, ты хочешь сказать, что Ухору убили обычные люди?
— Именно так, Великая.
Нечеловеческие глаза Рух засверкали. Как такое вообще может быть возможно⁈ Ухора, конечно, была той еще дурищей, но слабой младшую сестру Вальпургии никогда нельзя было назвать! Странно… Впрочем, когда Титаны наконец покинут Колыбель и возвестят о начале Часа Ведьм, все это и остальное станет совершенно неважным.
Заветный час приближался. Время людей начало неизбежно уходить в прошлое. Как вода сквозь сухой песок.
Глава 25
Расположившийся по правую руку от главенствующего на заседании Большого Государственного Совета Императора Князь Роман Рокоссовский отстранённо прислушивался к заполнившим огромный, богато, но при этом весьма строго убранный зал громким возбуждённым голосом.