– Не говори так о Мэри. Она научила меня жить.
– Жить? Парень, это ты здесь напился, а не я. И вообще – пошли ты к чёрту эту Мэри, забудь о ней. Ушла – ну и фиг с ней. У нас проблемы поважней. Долбаная слежка. Мне интересно, что за скотина сегодня шла за нами и что ему было нужно.
– А ты ведь говорил, что это за мной следили, – с хитрой улыбкой поднял глаза Каперов.
– Да пошёл ты! Какое дело за кем следили. Нужно вываливать из этого дерьма и сматывать удочки.
– И что ты собираешься делать?
– Продадим Питу все эти бирюльки и смоемся куда подальше, в Японию там или Австралию.
– Значит завтра к Питу. А ты знаешь, что он перешёл работать на Инбарков?
– Какая разница на кого он работает? ИНбарки или просто барки – мне это по кочану. Я хочу получить свои деньги и расслабиться.
– Тебе определённо нельзя пить. У тебя сразу становится такой противный характер.
– Как будто когда не пью, он у меня лучше, – хмыкнул Щербаков и затушил выкуренную наполовину сигару о крышку стола. Встав и потянувшись, он проковылял к кровати:
– Ты как – спать собираешься или подежуришь?
– Нет, я посижу, – рассеяно сказал Борис Иванович, покусывая ноготь.
Брайан слышал всё. Кем бы не был этот “стальной Борис”, как окрестил про себя Щербакова Кармер, он был человеком опасным и явно не дружащим с законом. Открывалась картина махинаций, контрабанды и преступных группировок. Что мог сделать Брайан? Следить, передать всё в штаб, задержать бандитов? Первые два варианта были более-менее подходящими. Кармер решил пойти на риск – телепетачески связаться со штабом. Начальник это явно бы не одобрил, но пользоваться телефоном опасней, а доставать ноутбук и печатать шифровку, честно, лень. Заскрипели мысли, пошёл ультра сигнал. «База, база, это Кармер, повторяю, Кармер на связи, примите запрос». В голове что-то зашипело и Брайан услышал чёткий рассерженный голос шефа:
– Кармер, какого черта! Кто тебя просил выходить на телепатическую связь? Что у тебя там? Если что-то неважное – я тебе устрою.
– Сэр, я обнаружил двух контрабандистов, которые ввезли во Францию какие-то драгоценности.
– Почему ты не задержал их сразу, а только во Франции? Попутешествовать захотелось?
– Я вообще их не задержал, пока только слежу.
– Что значит следишь? Ты спятил? А если они смоются?
– Сэр, я хотел сначала сообщить всё вам, а уже потом…
– Действуй. Отчитаешься, когда привезёшь их ко мне. Не забудь наколдовать какое-нибудь удостоверение. Я отключаюсь. Удачи, – последнее слово было сказано сухо, лишь как формальность.
Ладно. Как-нибудь справимся. Кармер “наколдовал”, как выразился шеф, себе удостоверение на имя Арчи Кесслера, сотрудника Французской службы безопасности. Теперь он чувствовал себя уверенней, тем более в голове сразу возникло воспоминание, как он в первый раз тренировался колдовать документы, ему ещё тогда выдали поддельное имя, которым Брайан пользовался и теперь по мере необходимости. Кармер вышел из номера, принял нормальное обличие и постучал.
– Кто это? – донёсся из номера хрипловатый голос Каперова.
– Французская служба безопасности. Откройте.
Дверь медленно открылась и на пороге показался, притворно зевая, Борис Григорьевич.
– Да, я вас слушаю.
– Нашему источнику стало известно, что вы принимали участие в контрабанде…
– Да ты что, – у двери стоял, ехидно ухмыляясь, Щербаков. – Неужели. Ну-ка покажи удостоверение.
Брайан послушно предъявил.
– Арчи Кесслер? А мне казалось тебя зовут Брайан Воланд Кармер. Я ошибался? И не строй такие испуганные и удивлённые глазки.
Борис Григорьевич крепко взял Кармера за запястья и втащил в комнату. Брайан попытался использовать заклинание невидимости, но его что-то блокировало. Также было с заклинанием освобождения.
– Не рыпайся, пташка. Тебе не улететь. Я уже давно учуял твой запах. Теперь волшебничку придётся объясняться. Надеюсь, ты придумал красивую отговорку?
2. ПРИЯТНЕЕ С НАДЕЖДОЙ ПУТЬ ДЕРЖАТЬ…
Страшная боль во всём теле. Такого не было давно, с тех пор, как Брайан умер. А сейчас челюсти ныли, ребра казались сломанными и перед глазами плясали красные круги. Мертвецы такой боли не чувствуют. Что могло произойти? Кармер медленно встал и, качаясь, добрался до стула. Он находился в скудно освещённой комнате с тремя высокими окнами, которые сейчас были завешаны чёрными (насколько можно было судить о цвете) шторами. Кроме стула в маленькой комнате был небольшой стол, кровать и шкаф. Откуда-то снизу доносились голоса и весёлый смех, да так много, будто хозяин устроил вечеринку и собрал в качестве друзей чуть ли не весь город. Где же я? Всё ещё в Париже? Или где-то в другом месте? Убежать отсюда будет тяжело, да и не имеет особого смысла. Для начала нужно разузнать, что с ним, почему он чувствует боль и не может колдовать. Ну, последнее можно отнести к блокировке кем-то более сильным. Но остальное? Брайан, скрипя зубами, дошёл до двери. Заперто. “Ну и ладно. Не убили сейчас, не убьют и потом. Или убьют, но гораздо позднее. А пошло всё к лешему. Ужасно хочу спать”.