У КОГО ВСЁ ХОРОШО ?
— Hy что ты так убиваешься? — говорит мне Татьяна. — Это же только деньги всего лишь. Разве можно изхза них так расстраиваться?
— А из-за чего же ещё мне расстраиваться? — говорю я. — Тем более что так глупо всё получилось.
— Что ты имеешь в виду? — говорит Татьяна.
— Ну как что? — говорю я. — Распасы эти, конечно. Не надо было мне «пас» говорить. Ну, остался бы па шестерной без двух взяток — ничего страшного.
— Так ты из-за этого так плакал тут? — говорит Татьяна.
— Ну да, — говорю я. — Конечно. А что?
— You make me laugh,[14] — по-английски говорит Татьяна. — You really make me laugh.
Когда я подхожу к нашему районному полицейскому участку, Игорь уже ждет меня нa углу. Выглядит он ужасно — бледный, под глазами тёмные круги, длинные волосы спутались и чуть ли не в колтуны сбились.
— Что с тобой? — говорю я вместо приветствия.
— Ничего, — говорит он. — Просто не спал сегодня вообще. А с вами что?
— Ничего, — говорю я. — А что такое?
— Вы в зеркало на себя смотрели? — говорит Игорь.
— Нет, — честно признаюсь я, поскольку действительно не имею такой привычки. — А что?
— Ну как что? — говорит Игорь. — Не хотите посмотреть?
Он подводит меня к витрине какого-то магазина, и я сам теперь вижу, что по сравнению со мной Игорь выглядит ещё очень даже неплохо.
— Ну, я тоже не спал, — вынужден признаться я.
— Что, страшно было в полицию идти? — говорит Игорь.
— Нет, — говорю я. — Мне-то чего бояться? Я ничего противозаконного не сделал. Но, конечно, видок у нас с тобой — сразу сажать можно.
Я ещё раз оглядываю Игоря с головы до ног и говорю:
— А что у тебя в кармане куртки?
— В каком? — говорит он.
— Ну, в том, из которого ты почему-то руку никогда не вынимаешь?
— Ничего.
Я хватаю Игоря за рукав и вытягиваю его правую руку из кармана.
— Ничего себе ничего, — говорю я, когда вслед за рукой из кармана показывается тяжелый пистолет. — Нехилая игрушечка. Ну-ка давай её сюда.
— Ещё чего! — говорит Игорь.
— Ты что, сумасшедший? — говорю я. — Ты на допрос в полицию идёшь. А вдруг тебя обыщут? Давай-давай.
Я отбираю у Игоря пистолет и прячу его в мою чёрную кожаную сумку, которая всегда со мной.
— Вот так-то лучше, — говорю я. — Ну что, пойдем?
В участке нас встречают достаточно любезно, но выясняется, что придется подождать: следователь, который должен допрашивать Игоря, ещё не пришел. Мы садимся на вытянутую вдоль стены скамейку, и я моментально погружаюсь в тяжёлый сон. Снится мне Ужгород, поросшие ельником Карпатские горы, парное молоко с только что выпеченным чёрным хлебом. Древняя старушка в чистом белом платочке наливает в мою кружку парное молоко, протягивает её мне, а потом поднимает свое покрытое множеством морщинок лицо и, глядя мне прямо в глаза, говорит:
— And who the fuck are you?
— Что? — говорю я, а старушка повторяет, на этот раз уже низким мужским басом:
— Who the fuck are you?
Я просыпаюсь и вижу, что прямо передо мной стоят два здоровенных мужика, в которых, несмотря на их гражданскую одежду, сразу можно узнать полицейских. Один из них — тот, что постарше, — тычет носком своего ботинка мне в ногу, и, судя по всему, это его голосом говорила приснившаяся мне закарпатская бабуля.
— Неs with me, — говорит Игорь. — As an interpreter. In case I don’t understand.[15]
— He нужен тебе переводчик, — на чистейшем русском языке говорит тот полицейский, что помоложе. — Если что, я переведу.
— Нет, нет, я всё равно пойду, — говорю я. — Адвоката у Игоря нет. Ему может совет понадобиться.
Молодой полицейский переводит мои слова старшему, и тот, обращаясь ко мне, говорит:
— Are you a lawyer? You don’t look like a lawyer to me. You look like a fucking bum.[16]
И, решительно развернувшись нa каблуках своих мacсивных ботинок, которыми он мне в ногу тыкал, идёт по направлению к пропускной стойке, за которой сидят два полицейских в форме и проверяют у всех входящих удостоверения личности.
Его белобрысый коллега, пропустив Игоря вперед, идёт вслед за своим начальником, и я тоже поднимаюсь со скамейки, но вовремя замечаю, что около пропускной стойки этой установлен металлодетектор, как в аэропортах, и всех заставляют пройти через него, предварительно выгрузив из карманов все металлические предметы.