— Я отправлю тебя на такси.
— Да? А ты знаешь, из Манхеттена это не дёшево!
— Я обещаю! Давай встретимся! Я очень хочу тебя поздравить как полагается!
После работы «ягуар» ждал меня у выхода. Рвачёв, как всегда, сам распахнул дверцу машины. На сиденье для меня лежал букет цветов.
— Ух, ты! Красиво! Спасибо! — оценила я его галантный жест.
— То ли ещё будет! Садись!
Ресторан был украшен гирляндами и серебряным дождём. На ярусе в цветном полумраке красовалась нарядная ёлка.
Когда мы сели, Рвачёв торжественно открыл дипломат и положил передо мной пакетик в золотистой обёртке с традиционным бантиком.
— Это тебе! С Новым годом, my dear!
Я развернула подарок. Это были духи с незнакомым названием.
— Дуня, — прочитала я вслух. — Никогда не слышала о таких духах!
— Какая Дуня? «Дюны». Это сейчас самые модные французские духи!
— Правда? Спасибо! Обожаю духи! Спасибо огромное!
— Прочти, что написано! — Рвачёв протянул мне маленький бумажный квадратик, прицепленный к коробочке.
— Очень трогательное признание! — усмехнулась я. — Придётся тебе ответить. — И написала на обёртке от духов:
— Вот видишь! — упрекнул он меня. — Я тебе — о любви, а ты мне — о деньгах!
— Лёша, о какой любви может идти речь, если ты у меня берёшь деньги? Ну, ухаживаешь, но не парь мне мозги любовью! Я ведь тебя о ней не спрашиваю!
— А я тебя спрашиваю!
— Напрасно! Я вообще никого не люблю, кроме своей дочки! И кого я сейчас способна любить? У меня внутри всё пусто! Сожжено! Это бесполезный разговор! И зачем тебе моя любовь? У тебя — жена, дочь! Люби их! Или тебе надо, чтобы я мучилась, страдала, ревновала, устраивала тебе сцены? Я не буду устраивать тебе сцены ревности, Лёша, мне есть чем заняться!
— Вот если бы моя жена так сказала! Следит за мной, как ищейка! В машине нашла твою сигарету, такой был скандал!
— Почему скандал? Она знает, что я твоя клиентка, мы встречаемся в Манхеттене, ну что такого, если в машине моя сигарета? Это же не противозачаточное средство! Чего ты испугался?
— Не знаю, не сообразил, что-то врал, запутался!
— Сам виноват! Ври меньше, правду говори! Скажи, встречались, говорили о делах!
— Кстати, о делах. Через месяц — суд. Ты за него должна будешь мне заплатить пятьсот долларов.
— Опять?! Нет, это невыносимо! Вы будете играться, суды перекладывать с числа на число, а я каждый раз платить по пятьсот долларов? Я не могу, ты понимаешь? Живу с дочкой на зарплату! А ты говоришь — любовь! Вот она, любовь-морковь твоя адвокатская!
— Послушай меня! За этот суд ты мне заплатишь пятьсот, но больше — ни копейки! Сколько бы ни было в будущем судов, больше — ни копейки! Я тебя действительно люблю и обещаю это во имя нашей любви! Впредь я буду всё делать бесплатно! Обещаю!
— Что значит «впредь»? Сколько же ещё будет судов? Это что, до бесконечности будет длиться?
— Трудно сказать! Может быть, несколько.
— Как несколько? Да что же это такое, боже мой! Зачем нам несколько судов? Всё же очевидно! Сели, обсудили, приговорили! Всё!
— Ты просто ничего в этом не понимаешь! Но почему ты так волнуешься? Я же сказал, что впредь больше — ни копейки!
— Конечно, я волнуюсь! Людям надо долг отдать, ты забыл? Или ты думаешь, я его придумала? Я очень переживаю!
— Ничего! И долг отдадим, и ещё кое-что получишь!
— Не надо мне ничего! Долг бы отдать и всё! Пропади оно всё пропадом! Никогда не думала, что американский суд такой беспомощный!
— Ну, всё! Не омрачай вечер! Мы договорились, а теперь пойдём, потанцуем!
— Но ведь никто не танцует!