Любимый гарнир космической девицы тоже был Уотеру вполне по душе. Он и тут спорить не стал.
Гораздо больше его занимала возможность спокойно разгуливать по всем отсекам звездолета без риска в любой неожиданный момент взмыть до потолка или расшибить лоб об какую-нибудь переборку. Что он и сказал своей мисс после завтрака.
Вопреки уверениям космической девицы, приладить магнитные вкладыши оказалось делом несложным.
- Можно приклеить, - пояснила она. - Но тогда они прихватятся намертво.
- Ну и что? - не понял проблемы Уотер.
- К ним будет приставать все железное.
Уотер представил себе, как он идет по улицам Спейстауна, собирая ботинками по пути все валяющиеся гвозди и гайки.
- Согласен, - сказал он. - Пусть будет намертво. А еще как можно?
- Еще можно привинтить. Дырочки потом можно будет заделать спецсоставом. Разве твой отец тебе не показывал, как это делается?
- У меня нет отца. И никогда не было.
- Но кто-то же произвел тебя на свет.
- Произвел. Но он даже не подозревает о моем существовании.
- Так не бывает. Он же встречался с твоей матерью.
- Ну и что? Пару раз. Кто же о такой ерунде всю жизнь помнит!
- И твоя мать не подала на него в суд? Не потребовала алиментов?
Уотер ухмыльнулся.
- В нашем квартале никто ни с кого никаких элементов не требует, - произнес он насмешливо.
- А совесть у мужчин вашего квартала имеется?
- "Совесть"? При чем здесь это слово? - он так и сказал.
- Хочешь жить с женщиной - женись! - пояснила хозяйка звездолета строго.
- Но мужчины нашего квартала не женятся, - снова засмеялся Уотер.
- А дети?
- Дети появляются исправно, с этим проблем нет, и никто не возражает. Могу продемонстрировать, как они у нас делаются.
- Спасибо, не надо, - отвечала девица ему в тон. Я уже поняла. Я сообразительная.
Вот так и промелькнули 5 дней перелета. Они пробежали незаметно, словно ухнули в какую-то дыру. Впервые со времен безвозвратно ушедшего детства Уотер мог беспечно наслаждаться настоящим и не думать, что после "сегодня" наступит "завтра". Он был не просто сыт - такое с ним случалось и раньше, но он мог свободно выбирать, чего и сколько поглощать. Он всегда, конечно же, стремился себя побаловать, но дома приходилось делать это с оглядкой. Количество лакомств, какие он мог себе позволить, было крайне ограниченным, не говоря уже о ежедневном убогом наборе продуктов, которые мать покупала в ближайшей лавчонке. А брала она там только все самое дешевое, низкосортное: маис, нешлифованный рис, фасоль - другие продукты были редкими гостями в их конуре. Вместо мяса шел соевый заменитель, вместо масла - маргарин. Хлеб всегда был черствым, сахар - только сырец. Так жил весь квартал. Уотер привык, и его это не тяготило.
Но за эти пять дней он понял, почему его приятели с таким унынием расставались с дойной коровушкой. Девчонка была не просто щедра - она умела угощать так, что было приятно угощаться. Уотер перепробовал все блюда из космического рациона на пищеблоке звездолета. Он заказывал веер блюд не задумываясь, сумеет ли он поглотить все выбранное без остатка, и никто не ворчал у него под ухом по поводу объедков. Девчонке словно нравилось возиться с го прихотями, и она с удовольствием готовила.
Сам же Уотер предавался блаженному безделью: впервые в жизни он смог налениться всласть. Он имел для этого все: кристаллер с набором суперфильмов и аудио и мог насладиться любыми хитами сезона с изображениями или в звукозаписи. Включал ли он музыку на весь звездолет или одевал наушники - возражений не поступало.
Некоторые песни Уотер крутил по многу раз. Особенно ему нравилась одна, с очень красивой мелодией и потрясающим сочетанием звуков в припеве. Она буквально пробирала до самого нутра и выбивала слезу. И слова тоже были соответствующие:
Опять ночь близка.
Опять ночь без сна.
Снова боль сердце жжет -
Опять ночь без сна!
Душа пылает моя -
Зачем тебе я такой?
И нет страшнее огня -
Ведь мы не пара с тобой!
Шутя, взглянула ты, мечтою поманив,
Но моя
Лишь ночь, ночь без сна!
И вновь ночь без сна...
Девчонка добросовестно терпела все повторы. Лишь однажды сказала:
- Глупая какая-то песня. Вместо того, чтобы подойти к девушке и постараться познакомиться с ней, парень смотрит в потолок и страдает: "Зачем она на меня взглянула?"
- Много ты в этом понимаешь, - отмахнулся Уотер, защищая звуки, способные выжать их него столь сильные чувства.
- А тут и понимать нечего, - продолжала хозяйка звездолета со всем его содержимым, в том числе и кристаллера с записями. - Девушка, которая очень нравится парню, его любит, а он дурака валяет.
- Может, и ты в меня влюбилась?
Эти слова Уотер произнес как можно ехиднее, но на самом деле он закидывал удочку: что ответит девчонка. Однако та наживку не заглотнула.