- Выбирай любую комнату, - произнесла между тем девчонка. - Можешь даже две.
- А если три?
- Можно, если наверху.
- А почему не внизу?
- Одна комната должна быть общей.
- А ты?
- А я раздваиваться не умею.
Уотер тоже раздваиваться не умел. И все же он выбрал апартаменты в мансарде. Девчонка там что-то проверила и сказала, коснувшись щитка на стене одной из комнат:
- Здесь включаются батареи отопления, а здесь - вентиляция.
- А зачем включать батареи? Здесь же тепло!
- По ночам температура падает. В общем, увидишь сам.
Распаковав свой багаж, Уотер обнаружил, что он тащил, кроме постельных принадлежностей и прочего тряпья, кое-какой инструмент и канистру с водой.
- А это зачем? - удивился он, показав на канистру.
- В системе нет воды. Вся жидкость была выпущена при консервации дома.
Уотер рассмеялся. Он, конечно, понял, что под консервацией дома девчонка имела в виду подготовку дома к переезду, причем такую подготовку, чтобы в любой момент можно было вернуться и жить. Но само выражение "консервированный дом" показалось ему забавным.
- За водой кто должен будет ходить? - спросил он, все еще усмехаясь.
- Через 3 дня пойдет дождь, и система заполнится, - прозвучал ответ.
- А без нас, значит, дождь не шел?
Уотер, что называется, ерничал, и вполне намеренно. Потому что если девчонке загорелось поиграть в робинзонов, вовсе не обязательно было ему становиться Пятницей. Наоборот, ничто не мешало ему предложить эту роль девчонке, а самому можно было и хозяина изобразить. Для этого требовалось всего лишь перехватить инициативу.
- А без нас, значит, дождь не шел? - спросил он ехидно.
Девчонка выпрямилась.
- Система была отключена.
- А подключать ее чья обязанность: мужская или женская?
Он произнес это так, что девчонка стушевалась.
- У нас мужская, - вынуждена была признать она. - Но ты же наверняка не знаешь, как это делается.
- Покажи - и узнаю.
Подобным же образом Уотер ознакомился со всей территорией, окруженной забором, на воротах которого играл пантр. Его очень удивило, когда за домиком он увидел набор хозпостроек, и некоторых из них имелись более чем явные следы пребывания каких-то животных. С героизмом скотный двор как-то не вязался. Вот сад - другое дело, сад Уотер одобрил.
Правда, сад этот порядком зарос, но благодаря все тем же каменным дорожкам по нему можно было передвигаться без риска сломать ногу. Примерно на трети деревьев висели фрукты, часть остальных цвела. Впрочем, далеко не все плоды были спелыми. Большинство деревьев и кустарников было Уотеру незнакомо. Может, он и сообразил бы, что перед собой видит, будь их ветви не пустыми, как, например, у винограда, но листьев в магазинах не продавали, а на улицах Спейстауна росло только то, что было не съедобно.
Вот виноград Уотера поразил. Не разнообразием сортов, хотя их и было нехилое количество, а тем, что вопреки законам природы каждая лоза словно находилась в своем собственном годовом сезоне. И если на некоторых только-только завязывались бутоны, то другие сгибались под тяжестью созревших кистей. Многие гроздья даже переспели или вообще засохли. Виноград вился прямо по ограде вокруг сада, и Уотер мог изумляться ему в полное удовольствие.
- Это все можно есть? И сколько захочешь? - выразил он вслух свое впечатление от увиденного.
- Угу. А не хватит - можешь отправляться к соседям, - был ответ.
К соседям - это была идея не из худших. Но с ее воплощением в действие можно было и подождать. Хотя бы до завтра. Сегодня Уотер был не в силах даже за аппаратурой сгонять, он чувствовал себя до жути усталым. Настолько усталым, что едва рассовав по стенкам одной из комнат мансарды свое нехитрое барахлишко, упал на разостланную там же постель и провалялся на ней до ужина.
Он и после отправился туда же, да и поел совсем чуть: концентратов ему больше не хотелось. Воспользовавшись тем, что девчонка возилась на кухне, Уотер натаскал из сада различных плодов, свалил их прямо возле постели и снова улегся. Сначала он не спал, он просто ленился, наслаждаясь бездельем. Изредка он протягивал руку к запасенной снеди и неспешно поглощал выбранный фрукт. Несъедобные части он метким броском отправлял в свободный от барахла угол комнаты, рассудив:
"Уберу завтра. Успею."
Несомненно он попал в рай, и если бы не тяжесть, разлившаяся по всему телу, он бы точно мог решить, будто помер и вознесся. Но свинец, заполнявший жилы и мышцы, уверенно напоминал Уотеру о его бренной оболочке, и это до некоторой степени утешало: если тело есть, значит он не призрак, у призраков тело отсутствует.
Размышляя об этом, он незаметно для себя уснул, а когда проснулся, в комнате было темно. Однако спать Уотеру больше не хотелось. Он нащупал выключатель - вспыхнула лампа под потолком, и при ее свете стало видно, что нечто в окружающем интерьере изменилось. А именно: единственное окно комнаты было забрано плотной черной шторкой.
"Ловко же действует моя мисс, - мелькнула мысль. - Обслуживание - высший класс."
Тем не менее ему все же не очень понравилось, что девчонка заходила в его комнату без разрешения.
"В следующий раз надо будет закрыться," - так решил он, наконец, и подошел к окну. Шторка открывалась нажатием кнопки возле подоконника, и он произвел нужное действие. За окном стоял день!