Следующий разговор завели Фрац с Биллом.
- Если на твоей планете так кайфово, почему вы оттуда дали деру? - сказал Фрац, когда Сэм начал расписывать, как хорошо было у них дома.
- Мы провинились. Нас наказали, и мы сбежали.
- А что лучше: отбывать наказание там или жить здесь?
- Там лучше.
Отвечал Сэм, но Морей согласно кивнул, подтверждая.
Третий разговор Уотера едва не добил.
- А сколько она тебе заплатила? Ну, тогда, когда ты ее притиснул?
- Смеешься?
Но Фрац не смеялся.
- А все же? - настаивал он.
- Нисколько, разумеется, - ответил Морей. - Я получил массу удовольствия, а за это кто же берет плату?
- Ну, еще бы! - хмыкнул Билл. - Такую работенку каждый день давай - кто же откажется? Небось, опытец имеется, а?
Морей усмехнулся.
- Ты что? - сказал Сэм. - У нас бы за такое, знаешь? У нас с этим строго, о! Раз - и за шкирку!
- У нас только по добровольному согласию, - подтвердил Морей с той же усмешкой.
- А если без?
- Очень просто можно схлопотать ссылку на первую полосу без права возвращения.
- Не все ли равно, где жить? - хмыкнул Билл.
- Так первая же полоса не жилая, чудак! Там пустыня: голые камни, песок да вода.
- Врете вы все, - сказал Фрац. - Не может быть, чтобы из-за таких пустяков к смерти приговаривали.
- Не к смерти, а к отрыву от цивилизации, - важно пояснил Сэм, и Морей снова кивнул.
- Тебе дают кучку барахла, центнер семян и говорят: "Существуй".
- И все-то вы знаете, - ухмыльнулся Фрац.
- Чудило, мы там побывали. Мы же сказали: нас наказали.
- И справедливо наказали? - вмешался Уотер.
Он-то знал от Бинки, кто и как попадает на первую полосу Безымянной, но до сих пор помалкивал. Потому что раньше он как-то не соединял в уме ее слова о нарушивших закон с двумя безвредными, словно телята, и черезвычайно добродушными парнями. А сейчас вдруг соединил. И ему стало любопытно, что они сами думают о себе и своих законах. Сейчас парни должны были начать оправдываться и взапуски доказывать, что они ничего такого не делали, и запичужили их на первую вовсе за зря.
- Естественно, справедливо. Мы же нарушили, - сказал Сэм важно, и Морей снова согласно кивнул.
Фрац так и застыл с открытым ртом, да и Билл оторопел. Принять, что наказание может быть справедливым, они были не в состоянии. То есть они понимали это, когда наказывали других, но когда наказывают тебя?
И Уотер удивился. Главный закон их квартала гласил "Наноси удары, пока можешь, или их нанесут тебе. Мсти за все открыто, если силен, и тайно, если слаб. А справедливость - это для умственно недоразвитых."
Но и у Морея, и у Сэма мозги были вполне на месте, если они сумели выжить в городе и не сломаться. Чужакам это обычно не удавалось. Они либо погибали, либо быстро становились мелкими подручными гангстерских банд, попадали в поле зрения полиции и отправлялись в места, откуда о них ничего и никто никогда больше не слышал.
"Съел город, - равнодушно говорила мать. - Однажды он съест и тебя, сынок."
Мать была права: город был жаден, он лопал всех без разбора. Эти двое - уцелели. Но зачем же они сюда сбежали, если приняли приговор?
- На свободу, - лаконично ответил Морей.
Уотер его понял. Свободой он тоже дорожил.
И вообще ему было приятно, что трюк, проделанный ради того, чтобы разгрызть скорлупу, в которую он себя привычно одевал, был сыгран Морем без оценки девчонкой стоимости его, Уотерова внимания. Что не все она мерила на деньги.
Так и шли чередой дни за днями. Уотер жадно слушал рассказы обоих парней с Безымянной об их родине. Ему доставляло какое-то болезненное удовольствие растравлять себя разговорами о том, что он потерял. Ему нравилось представлять Бинку кем-то наподобие особы королевской крови, фантазировать о дворцах, полных золота и бриллиантов (парни никогда не упоминали о таком, но Уотеру нравилось воображать себя владыкой в окружении толпы слуг). Ценность того, от чего он отказался, возрастала тогда в его глазах многократно, и он возвышался в собственном мнении.
Фантазии свои Уотер держал при себе, он вообще предпочитал о многом умалчивать из своих приключений на Безымянной. Ни Сэм, ни Морей так и не узнали, что он побывал там же, где и они, и превосходно представлял себе место, где они проводили ссылку. Он никогда не упоминал о старике по имени Марк и о заброшенном поселке.
Уотеру забавно было слушать, как парни распинались, описывая ужасы джунглей и свой поход через пустыню. Впрочем, о пустыне они рассказывали почти весело. Что же касается джунглей, то их они знали весьма слабо. Уотер знал больше.
Про статую на скале Сэм, например, уверял, будто она из чистого золота, и что она бесподобно красива, ну просто взглянуть один раз - и умереть. Уотер на такое заявление лишь пожал плечами. Статуя была хороша, но умирать из-за куска металла? И слова старика насчет лигатуры он помнил.
"Интересно, что бы этот Сэм сочинил о площади с фонтаном и мозаиками?" - подумалось ему.