Надо пережить этот приём. Слухи о нашей свадьбе и покупке кольца уже разлетелись по сети, и теперь настал момент представить меня публике как свою невесту. На этих вечеринках всегда кто-то что-то обсуждает. Даже если я не скажу ни слова, факт того, что я появлюсь с Лёвом, уже создаст свою историю.
Я делаю глубокий вдох и подхожу к двери, но меня гложет чувство беспокойства. Лев стоит возле окна. Спиной ко мне. Не успеваю заявить о себе, как он поворачивается, словно чувствует мое приближение. Он одет в строгий костюм, и его взгляд скользит по мне, оценивая. В его глазах мелькает удовлетворение, словно всё идёт по плану. Вот только меня от ауры этого мужчины пробирает до костей.
— Готова? — спрашивает он, хотя это больше похоже на утверждение, чем на вопрос.
Я киваю, избегая его взгляда. Желания говорить тоже нет, но и он этого не требует. Просто идет к выходу, а я покорно следую за ним. Мы в тишине спускаемся в паркинг, садимся в его машину, и я сразу отворачиваюсь к окну, разглядывая городские огни. Внутри меня всё ещё слишком много мыслей. Да и рядом с этим мужчиной я чувствую неловкость. Вскоре мы подъезжаем к зданию, где уже собрались гости. Лев выходит из машины. Его уверенность раздражает. Затем он обходит автомобиль, открывает дверь с моей стороны и подаёт мне руку, и я, стараясь скрыть волнение, принимаю её. Мне кажется, что весь этот мир начинает медленно давить на меня. Мой шаг твёрд, но внутри всё клокочет. Стараюсь держаться спокойно, но фальшивая улыбка липнет к лицу, как маска.
Зал, в который мы заходим, наполнен звуками — гул голосов, хрусталь бокалов и невесомый смех. На нас смотрят все, абсолютно все. Моё волнение усиливается, и я чувствую, что где-то в глубине меня закипает неуверенность. Я не знаю этих людей, они для меня чужие. Их взгляды — ледяные, словно прицельно выстреливают, изучая каждую деталь: платье, кольцо, моё поведение.
Лев ведёт меня уверенно, ведь это его среда. Среда хищников. Его уверенность отзывается во мне тревожным звоном, как напоминание о том, насколько мы разные. Он прекрасно знает, как говорить с этими людьми — получает поздравления, кивает, а через секунду уже говорит о делах, погружаясь в деловые переговоры. Я остаюсь за бортом этих разговоров, хотя вроде бы всё происходит прямо передо мной. Всё это — просто декорации.
— Рад за вас, Лев, — один из мужчин мельком бросает на меня оценивающий взгляд, словно одобряет товар на витрине, прежде чем снова переключиться на обсуждение очередного контракта.
Сил нет больше держать эту натянутую улыбку, но я продолжаю изображать вежливость, хотя внутри всё кричит. Поздравления сыплются одно за другим, но как только разговор плавно уходит в бизнес, я уже не слушаю. Всё повторяется: Лев представляет меня как ценное приобретение, и сразу же переключается на обсуждение дел.
Я — просто аксессуар на мужской руке, который дополняет его идеальную картину. Беру бокал шампанского — не для того чтобы выпить, а для того чтобы хоть чем-то занять руки. Кажется, что я задыхаюсь на этом вечере. Лев то и дело представляет меня как свою невесту, и каждый раз это слово, это "невеста", отдается во мне тревожным эхом.
Он наслаждается этим, я чувствую это. Это не просто его игра в бизнес, это его способ показать всем, что он владеет ситуацией. А я? Я просто часть этой сделки, которую мы заключили ради спасения компании моего отца. И каждый раз, когда я слышу эти фальшивые поздравления, меня всё больше захлёстывает раздражение. Мне хочется уйти, но я не могу. Всё это ради семьи, и я должна справиться, поэтому я продолжаю стоять рядом с Лёвом, стараясь держать спину прямо и лицо нейтральным, несмотря на внутреннее напряжение.
Мой жених ведёт себя безупречно: его рука иногда касается моей спины, как бы ненавязчиво показывая окружающим, что я — его невеста. И в такие моменты я рада, что не выбрала то платье. От мысли, что сейчас его пальцы скользили бы по моей обнаженной коже, меня пробирает дрожь. Периодически он наклоняется ближе, шепчет мне на ухо что-то незначительное, но это создаёт иллюзию близости. Я чувствую взгляды вокруг — женщины смотрят с интересом и ревностью, мужчины — с уважением, но мне от этого не легче. Всё это напоминает игру, и я — лишь часть представления.