Я замерла. Обед? В таком месте? Моя внутренняя тревога тут же дала о себе знать. Меню здесь явно превышало мои нынешние финансовые возможности, и мысль о том, что мне придётся оплатить свою долю, сдавливает грудь паникой. Я осторожно поглядывают на Льва, пытаясь понять, серьёзно ли он это предлагает, или это просто формальность перед разговором.
Конечно, он сразу всё замечает. Моё замешательство его нисколько не удивляет — он будто ожидал такой реакции.
— Валерия, не переживайте, — мягко проговаривает мужчина, но это звучит так же как хищник умасливает свою добычу. — Обед, конечно, за мой счёт. Вне зависимости от того, чем закончится наш разговор.
Я сглатываю, стараясь скрыть своё беспокойство. Ещё одно напоминание о том, насколько мы находимся в разных мирах. Для меня это шанс спастись, для него — просто очередная сделка.
По его кивку перед нами тут же появляется официант. Я даже не успеваю заметить, откуда он взялся. Лев бегло оглядывает меню и легко делает заказ, словно был здесь тысячу раз. Его выбор — как часть привычной рутины, уверенный и спокойный. Я снова чувствую на себе его холодный взгляд, и это заставляет меня нервничать. Невольно ерзаю на стуле. Внутри интуиция вопит, что нужно бежать отсюда. Искать другие варианты. Только их нет. Он – моя последняя надежда.
Открываю меню и неуверенно пробегаю глазами по нему. Все здесь выглядит слишком роскошно для меня. В итоге, я решаюсь на что-то простое — салат с уткой и цитрусовой заправкой, панна-котту на десерт и зеленым чаем. Мой голос звучит неуверенно, когда я говорю это официанту.
Он кивает и исчезает так же быстро, как и появился, а я снова остаюсь наедине с этим тяжёлым, всепроникающим взглядом Льва. Я не знаю, что делать дальше — начинать разговор самой или ждать, пока он заговорит. Молчание давит, и мне становится не по себе.
Я решаюсь нарушить тишину:
— Мне… подсказали друзья, — начинаю я, чувствуя, как голос предательски дрожит.
Лев хмыкает, в его усмешке сквозит цинизм. Он, кажется, знает больше, чем я предполагаю, и это заставляет меня чувствовать себя ещё более неуверенно.
— Они сказали, что вы… ваша фирма может помочь мне, — продолжаю я, несмотря на внутреннее смятение. — Мне нужна поддержка, чтобы покрыть долги и удержать компанию отца на плаву.
Его взгляд не меняется. Лев продолжает спокойно наблюдать за мной, словно уже заранее знал, что я скажу, и всё это лишь игра, в которой он полностью контролирует ситуацию. Я жду, что он скажет, но мужчина удивляет меня.
— Давай сначала отбросим формальности и перейдем на ты.
Киваю, и это кажется вполне логичным. Если я собираюсь сотрудничать с ним, формальности действительно ни к чему.
Официант снова появляется так же бесшумно, как и раньше, расставляет приборы, и я замечаю, как лёгкая дрожь пробегает по моим пальцам, когда беру вилку. Официант исчезает так быстро, что я едва успеваю перевести дыхание. От атмосферы вокруг нас мне становится не по себе.
Лев спокойно откидывается на спинку стула, наблюдая за мной с таким видом, будто он уже заранее знает, что я скажу. Это ощущение ещё больше усиливает мою тревогу. Мне кажется, что каждый мой шаг уже спланирован и рассчитан этим человеком. Для него это всего лишь обычный деловой ужин.
— Я изучил проблемы твоей фирмы, — его голос звучит ровно, уверенно, без намёка на сомнения. — У меня были встречи с твоими финансистами. Я знаю, что нужно сделать, чтобы не только удержать компанию на плаву, но и вернуть её в прибыль.
Моя душа вздрагивает от его уверенности. В его голосе не слышно ни малейшего сомнения, как будто всё это уже решённый вопрос. Я сжимаю руки под столом, пытаясь хоть немного успокоить себя, но от этого напряжение только усиливается.
— Но ты понимаешь, — продолжает он, не теряя спокойствия, — что всё имеет свою цену.
Я киваю, хотя внутри всё сжимается от страха. Конечно, его помощь не будет безвозмездной. Никто не станет спасать умирающий бизнес просто так.
— Я готова предложить часть акций, — говорю я, и мой голос дрожит от волнения. — Ты можешь стать партнёром...
Лев улыбается. Это холодная, снисходительная улыбка, которая моментально заставляет меня замереть.