Почти. Мне все еще было неизвестно, кто мой враг? Кто-то до моего пробуждения был бы худшим вариантом. Из новых врагов я пока заработал только Шлятских, но откуда у семьи владельца региональной сети продуктовых супермаркетов взялся рабский ошейник, созданный специально для ограничения одаренных?
Дверь в квартиру я был рад видеть настолько, насколько долгожданного гостя. Открыл, вошел, закрыл, доковылял до дивана в гостиной и, положив костыль на пол, рухнул на диван. Счастье-то какое просто прилечь!
Пока мой дом охраняли СКИты из-за открывшегося излома, я мог перевести дух. После того как было доложено, что в изломе не относительно безобидные белые пауки, а муравьи, и белый уровень опасности излома продиктован лишь тем, что муравьишки еще малы и "слабы", СКИты тут же подняли тревогу по всем гильдиям.
Скоро здесь будет очень горячо! Развитие изломов всегда было серьезной проблемой, так что скоро в Шахтинское нагрянет множество команд охотников с преимущественно огненными дарами. Это был вопрос государственной безопасности, так что проигнорировать новый муравейник никто не позволил бы.
Найти бы какую-нибудь подработку и сварить несколько совсем простеньких эликсиров для оздоровления. Опыт входа в излом в этом теле я бы не назвал приятным. О том, как моей дыхалки не хватило добежать до портала, я помнил и чувствовал себя униженным. Сам себя унизил.
Прошлая работа, какой бы она не была, скорее всего малооплачиваемая, раз уж на счету в мобильном банке было всего сто семьдесят рублей. С такими деньгами каши не сваришь. А с нынешним уровнем развития тела далеко в изломах не уйдешь. Особенно в одиночку, ведь во второй жизни я не собирался раскрывать секрет наличия у меня небоевого дара открытия порталов.
Ни дня без сюрпризов. Точнее ни ночи. К голове прилила кровь, и я почувствовал еще большее недомогание. Я висел вниз головой, закинутый на плечо какого-то здоровяка. Меня буквально только что подняли с дивана.
Недолго думая я схватил костыль, лежащий на полу у дивана, и двинул костылем куда-то наобум. Здоровяк меня выпустил из рук и с тяжким стоном отошел на пару шагов в сторону. Я быстро развернулся на полу и выставил костыль перед собой.
Их было двое больших парней в противогазах. Я не успел среагировать, как мне в лицо прыснули из какого-то балончика. Глаза вскипели от жжения, а тело, начиная с лица, парализовало за какие-то пятнадцать-двадцать секунд. Похитители выждали полминуты, прежде чем один из них снова закинул меня на плечо.
Вытаскивали меня не через дверь, а через окно, выходящее на другую сторону, а не на вход в подъезд, где дежурили двое СКИтов. Умно, умно. Квартира всего лишь на втором этаже позволяла подобные фокусы.
Раз дело дошло до покушения, значит я наконец смогу встретиться с врагом лицом к лицу и узнаю, что ему или ей от меня надо. Все равно я, пока парализован, ничего предпринять не смогу.
Голову тут же вымочило ливнем. Судя по количеству воды и громкости водяной завесы, ливень очень интенсивный и не закончится в ближайшие часы. Идеальная погода для похищения, черт возьми! Пусть бы оба поскользнулись и переломали себе ноги-шеи!
Меня опустили на землю, оттащили куда-то в сторону и запихнули в багажник. Мысленно я усмехнулся появлению нового опыта. Глаза уже не так сильно пекло, но раздражение давало о себе знать легким покалыванием. Минут через десять смогу открыть глаза. Автомобиль тронулся.
Очень сильно не хватало... связей. Будь я Алексеем Земским, я бы еще после возвращения из излома навел суету из-за рабского ошейника, и нашлось бы немало людей, с которыми я сотрудничал, кто моих злопыхателей словил в течение суток, а то и одного рабочего дня. Но я больше не Алексей Земский, а никому ненужный Виктор Теневский.
А где родители Виктора? Померли? Других родственников тоже нет? Трешка в селе – тоже недвижимость. Откуда она у двадцатилетнего парня? И Виктор ли владелец? Я документов не находил.
Ехать пришлось весьма недолго и без каких-либо условий для комфортной поездки. Если бы эти два здоровяка стали владельцами службы такси, то быстро бы разорились. Отвратительный сервис! Платить не буду!
Я ударился затылком, неожиданно, так что можно сказать – приехали. Глаза уже отошли, и если бы не темнота, я мог бы сносно видеть. Но предупреждать об этом похитителей не собирался, так что закрыл глаза. И тут же багажник был открыт.
Меня взяли, как принцессу, и куда-то потащили. Может зря я сразу раскритиковал? Нормальный сервис!
К звукам дождя примешивалось еще что-то. Мне понадобилось больше минуты, чтобы понять. Моему носильщику понадобилось столько же времени, чтобы куда-то меня оттащить... и отправить в свободный полет.
Это были звуки вышедшей из берегов реки! От шока я открыл глаза, но было слишком поздно рыпаться. Притом паралич до сих пор не отпустил и не собирался отпускать еще как минимум час. Меня накрыла паника. Бурное течение тюлюпало мое тело, в нос залилась вода и рот наполнила вода.
Не успел я захлебнуться, как мое тело вышвырнуло на берег. Либо за мной сейчас снова придут и снова швырнут в воду, наложив в карманы моего худи камней, либо... Других звуков, кроме как звуков бьющихся о берег волн бурной из-за ливня воды и звуков от самого ливня, я не слышал.
Ливень и не думал прекращаться. Я неподвижно лежал, промокший до нитки, как небезызвестный зайка, который со скамейки слезть не мог. Я тоже не мог, поэтому лежал и мокнул. Об мои ноги, словно о скалы, разбивались волны бурной реки.
Меня обуревала злость. После отравления и перерождения мое желание жить дальше было примерно на нуле. После встречи с муравьиной мелочью в изломе, когда меня загнали в смертельную ловушку, желание жить эту жизнь всколыхнулось, то сейчас оно загорелось неистовым огнем! Я буду жить! Я буду жить намного лучше, чем в прошлой жизни!
Когда паралич наконец начал оттаивать, уже светало. Летом рассвет наступал рано, часа в четыре утра. Я весь мокрый и чуть ли не обледенелый после ночного заплыва, голодный и злой как тысяча чертей. Ждать у моря (в нынешних реалиях – у Енисея) погоды я больше не намерен.
Где там бумажка с номером Артема Лебедева? Жизнь его младшего брата за жизнь мою. Если Артем за двадцать минут посреди ночи смог поднять ватагу высокоранговых целителей и вертолет, значит Игорь неплохо поднялся за последние двадцать лет. Помочь мне с убийцами и их заказчиком сил хватит.
Солнце поднялось высоко, когда я наконец встал на ноги и выполз на трассу из кювета. Местами мокрый, местами высохший и очень-очень грязный, как леший, я поднял правую руку, голосуя, а в левой сжимал стальной пятак, оставшийся от лебедевских денег после оплаты рейсового автобуса Красноярск-Шахтинское.
Раннее утро рабочего дня радовало потоком автомобилей, но не в ту сторону. Ехали из Шахтинского, а мне наоборот нужно было в Шахтинское. Так и брел в нужную мне сторону, по заверению одного из водителей, пять километров. Ну да, примерно столько мои похитители везли меня к реке.
У подъезда меня встретили дежурные СКИты ошарашенными взглядами, но останавливать не стали. По крайней мере они знали меня в лицо. Я вошел в свечку, доехал до второго этажа на лифте и громко сматерился, оставшись у двери.
Меня вынесли через окно, а железная дверь-накладка была закрыта на ключ, оставшийся в квартире. Через окно я, естественно, не полезу. Мое избитое тело сейчас не в том состоянии, чтобы выполнять гимнастические трюки.
– Вдох-выдох. И снова вдох-выдох.
Успокоившись, я подцепил пальцами рамку двери-накладки и дернул на себя. Рамка поддавалась, но силенок у меня не хватало.