Тед почувствовал как на его запястьях стальным захватом сомкнулись руки "семерки", а девица тем временем продолжала, водя острым лезвием по подбородку неподвижно замершего Дэна, его груди и ниже, задержавшись на золотистой дорожке ниже пупка.
— Конечно, DEX продержится дольше человека, но из-за подобной обширной кровопотери даже он обречен и импланты не помогут, — облизнулась она. — Особенно если я прикажу не активировать их. Ах да, чуть не забыла про бедренную артерию…
— Заткнись! — заорал Теодор, — Я…сделаю все, что захочешь. Но его не трогай.
— Вот молодец, всегда бы так! — скальпель со звоном упал в лоток для инструментов и Вероника сделала знак "семерке". Пилот почувствовал, как хватка ослабла, а затем последовал ощутимый тычок в спину — такой, что не мелкий парень по инерции сам полетел к шесту. Проходя мимо, красотка словно бы невзначай коснулась ребром ладони его груди и уже уверенно — пониже, словно Тед уже принадлежал ей.
Тот стиснул зубы, косясь на смутный рыжий силуэт в стенде — как и Дэн, Теодор прекрасно понимал, что расклад сейчас не в их пользу, "семерки" скрутят его в один момент. Даже вывихнутое когда-то в плену плечо заныло, не давая парню наделать глупостей.
" — Дэнька поступил бы точно так же, — подумалось Теду. — Он и сейчас старается выиграть для нас время. А пошло оно все к черту…"
— Ну хоть выпивкой угостишь? — кивнул он на мерцающую точечной подсветкой стойку бара. — А то у меня в горле пересохло со вчерашнего дня.
— Конечно, красавчик! — Вероника довольно потянулась, касаясь сенсоров на подлокотнике дивана, гравиподвеска чуть заурчала, поднимая диван повыше, а на границе между лабораторией и приемной активировалась тонкая, но плотная пелена звукопоглощающего полога. Еще одно касание — и из боковой ниши вынырнула тихая Mary — девушка с коротким салатовым карэ в костюме горничной и скользнула за барную стойку.
— Мне — малиновый Дайкири, а тебе что? — Вероника расслабилась, почти заполучив что хотела.
— Мне 2 Б-52 и поскорее, — буркнул Теодор, с ужасом представляя себе, что сейчас происходит на корабле. Их отсутствие давно заметили, капитан рвет и мечет, доктор обзванивает морги и больницы, Полина рыдает в Котьку, а Михалыч перебирает свои запасы арматуры и, на всякий случай, движки — так механику легче было справляться с трудностями жизни.
Когда оба шота прожгли жгучую дорожку внутри пилота и ушли в небытие, за его спиной зазвучал старинный, но до боли знакомый Теду трек:
Этот парень был из тех,
Кто просто любит жизнь,
Любит праздники и громкий смех,
Пыль дорог и ветра свист.
Он был везде и всегда своим –
Влюблял в себя целый свет
И гнал свой байк, а не лимузин.
Таких друзей больше нет…
И в гостиной при свечах
Он танцевал, как Бог,
Но зато менялся на глазах,
Только вспомнит шум дорог.
Всё, что имел, тут же тратил,
И за порог сделав шаг,
Мой друг давал команду братьям,
Вверх поднимая кулак…
" — Вот стерва! "- зарычал про себя Теодор и нарочито медленно направился к шесту. Когда-то, во времена бурной юности, он проиграл спор и целый вечер танцевал стриптиз в заведении "Дохлый гуль" на родной планете. Хорошо хоть что отец не узнал, а то домашнего ареста на год Теду было бы не избежать.
Коктейли сделали свое дело, в голове с силой зашумело и вот уже парень чувственно ступил на платформу, одним рывком сбрасывая косуху на пол и словно бы невзначай оглядываясь на "заказчицу". Та отгородилась от него высоким бокалом, но Тед прекрасно видел, как блестят глаза этой наглой девицы. Он прекрасно понимал, что одним стриптизом дело не ограничится, но сейчас ему было нужнее усыпить ее бдительность.
Знакомый гитарный перебор звучал все громче, пилот медленно провел ладонью по шесту словно по телу партнерши, поигрывая пальцами, а затем смахнул и алую бандану, удивляясь как не потерял ее после всех передряг. По плечам бывшего кобайкера рассыпались черные как ночь пряди, вызвав у зрительницы шумный вздох.
" — Походу, она тащится от смуглых брюнетов, ну и хрен с ней," — оскалился Теодор, плавными движениями хищника подбираясь к краю платформы. Руки словно сами по себе рванули футболку на груди (любимая была, на выход!) и Вероника не выдержала.