— Но в душе ты боишься влюбиться по-настоящему, верно? — усмехнулся Дэн, решив последовать примеру напарника и жадно осушая свою банку. Пиво аркаимского производства и правда было выше всех похвал: душистое, в меру крепкое с легкой горчинкой и непередаваемым послевкусием, оставлявшим сладко-пряный привкус на языке. — Судя по теории вероятности с учетом твоей бурной активности в каждом порту — это случится в ближайшее время с вероятностью 75 %.
— Не пугай в ночь глухую! — зябко передернул плечами пилот. — И так уже проснулся от диких криков капитана. Что ему-то там приснилось?
— Не знаю, — задумчиво усмехнулся Дэн, допивая остатки пива. На дне заказанной Полиной мега-упаковки с креветками еще оставалась пара горстей сушеных гадов и киборг попросту разорвал прочный пакет пополам. — На самом деле Полина перестаралась с удобрением своих актиний, те разрослись и решили покуситься на Станислава Федотыча. Но когда я влетел в его каюту, то зафиксировал у него повышенный уровень тестостерона плюс непроизвольно выраженный сосудистый рефлекс. Видимо, ему снилось что-то весьма заманчивое. Или кто-то?
— Даа, как мало мы знаем о прошлом нашего кэпа! — негромко гыгыкнул Теодор, неторопливо смакуя ароматную горку креветок перед собой. — Сдается мне, что он не всегда был таким сухарем, ой то есть аскетом и в молодости вполне мог похвастаться почти такими же приключениями как и у меня!
— Откуда ты знаешь? — удивился Дэн.
— А это мне моя интуиция говорит и, поверь мне, она меня почти никогда не обманывает! — пилот хлопнул его по плечу, с хрустом потянулся и зевнул. — Ладно, я пожалуй пойду на боковую. И ты не засиживайся — даже киборгам нужен полноценный отдых. Слышишь?
— Иди уже, — только и вздохнул Дэн, провожая Теодора взглядом. После разговора по душам ему стало немного легче, но тревога за девушку все никак не отпускала Рыжего.
А посему он выждал еще несколько минут после ухода друга, прибрался в пультогостиной и вместо того чтобы направиться к своей каюте, открыл дверь самой крайней одиночки. Киборг озадаченно моргнул, внимательно осматривая-сканируя полупустую, почти не обжитую каюту: разворошенная с вечера койка была пуста, на спинке стула висел подаренный Полиной халатик в ромашку, джинсы валялись на полу, а вот самой девушки видно не было.
Дэн хмыкнул, закрывая за собой дверь, присел рядом с койкой и осторожно заглянул под нее. Вместо конфетных фантиков, распечаток всегалактической зооэниклопедии и склянок сомнительного вида как у Полины, он обнаружил там Мию в легкой майке и пижамных шортах, зябко свернувшуюся на голом полу в позе эмбриона. От Вениамина Дэн знал, что такое неосознанное поведение у людей наблюдается на фоне постоянных стрессов и повышенного уровня тревожности — что было неудивительно на фоне событий последних дней.
Рыжий осторожно скользнул под "ортопедически правильную" койку, попытался было аккуратно подхватить девушку на руки, но почувствовав чужое прикосновение та вздрогнула, просыпаясь слишком резко, вскрикнула и испуганной птицей забилась в руках киборга. Дэн был прекрасно наслышан о таких бурных реакциях людей еще по опыту жизни на "Черной Звезде", а потому проворно закрыл ей рот ладонью: совсем рядом за переборкой чутко почивал капитан и второй раз нарушать его сон за одну ночь ему не хотелось.
Но Миа казалось совершенно не обратила на это внимания — пару раз она все же смогла наградить его ощутимыми даже для декса ударами под ребра, а спустя секунду — и ниже. Дэн молча терпел, сжимая ее в обьятиях бережно, но не давая вырваться и навредить самой себе. Постепенно девушка устала и затихла, тяжело дыша, навигатор тщательно проанализировал ее уровень стресса и только убедившись что та не перебудит своими криками весь корабль, убрал ладонь.
— Ты в порядке? — тихо спросил он ее, когда пульс и дыхание подруги пришли в норму.
— Пока не знаю, — смущенно прошептала та, словно боясь нарушить ночные фоновые шумы корабля. — Прости что так получилось. Я уже давно перестала быть лунатиком, ну на Новой Ибице такого не случалось. А здесь почти каждую ночь рядом был ты.
— Как ты оказалась под кроватью? — Дэн немного расслабился, усаживаясь рядом с ней в позу лотоса и непроизвольно жадно вдыхая аромат разгоряченной кожи девушки.
— В детстве мама часто брала меня с собой на ночные дежурства — денег на няню не было, — Миа отдышалась, осторожно усевшись на краю койки сама, поправила вставшие дыбом волосы и зябко обхватила себя за плечи. — Она оставляла меня в ординаторской на диване, но всегда предупреждала меня чтобы я пряталась под него если услышу шаги завотделением. К счастью, гравиподвеска того дивана работала на совесть и он не придавил меня. Я выросла, а привычка осталась.