— Ну еще секундочку! — зоолог перенесла вес тела на одну руку, второй завороженно касаясь границы меж двух миров. — Блин!
Внезапная судорога свела левую руку девушки и та болезненно вскрикнула, падая вниз. Майлус резковато дернулся вперед, но его опередил Дэн: навигатор успел подхватить подругу и попросту перекинул ее через плечо, целеустремленно двинувшись дальше по подводной трубе.
— Дээнька! — жалобно простонала Полина, — Отпусти меня, я сама пойду! Вот честное мозгоедское!
— Чтобы ты снова у очередного окна застряла? — фыркнул пристроившийся рядом Теодор. — Тебя отдирать от каждого целого отряда DEX'ов не хватит!
— 32 процента искренности, — невозмутимо ответил ей и Рыжий. — Так что дергаться не советую. По крайней мере до встречи с представителями местной администрации.
Миа фыркнула в кулачок: со стороны наблюдать за перебранками этой троицы было весьма забавно и вскоре вся компания оказалась в просторном холле-атриуме с одним огромным обзорным экраном радиусом около двадцати метров. Само сооружение, в котором они сейчас находились было расположено на небольшой глубине в зоне коралловых рифов и почти весь обзор занимала резвящаяся стая эндемичной живности, формой напоминавшая вытянутый треугольник, но так быстро изгибающаяся и при этом меняющая свою окраску, что у всех сразу зарябило в глазах.
— Ух ты! — снова застонала Полина, неудобно изгибая шею и рискуя заработать себе вывих. — Кто это?
— Это молодняк морских ангелов, примерно в возрасте 10–15 наших лет они сбиваются в такие вот огромные косяки, так легче спасаться от хищников, — обьяснила Миа. — А потом они начинают активно увеличиваться в размерах, обрастают твердыми роговыми пластинами и начинают вести одиночный образ жизни, присоединяясь к сородичам только в период сезонной миграции для брачных игр.
— Ох, ну почему я родилась на Новом Бобруйске, а не тут? — печально вздохнула Полина, покладисто повиснув на плече Рыжего. — Там из интересной подводной живности только большие щуки были, которых любил рыбачить Вениамин Игнатьевич, синебрюхие тритоны да бурые бородавчатые жабы..
— И это к лучшему, иначе бы ты всю местную живность на образцы растащила бы, — хмыкнул Тед, тоже остановившись и, прикрыв глаза козырьком, замер в легком трансе от игр подводного "детского сада".
Космолетчики увлеклись исследованиями эндемичной фауны и не заметили компанию местных бабулек, сгрудившихся в углу зала у обширного панорамного окна, за которым вовсю сновал пестрый торнадо мелких рыбок, обитавших в густых зарослях водорослей и обычных актиний. Тед, почувствовав на себе чей-то едкий взгляд, обернулся и встретился глазами с той же бабкой, повстречавшейся им только что за поворотом.
Та обрадованно встрепенулась, поедая его, а затем и остальных жгучими бусинками глаз из-под парусиновой кепки-бейсболки:
— Люди добрые, вы только гляньте что делается! Уже средь бела дня на киборгах верхом ездят! — пронзительно заголосила она, указывая пальцем на Полину и Рыжего.
Стая боевых подруг согласно поддержала ее неразборчивым гулом, но Теодор не испугался, нахально подмигнув бабкам. Встав к ним полубоком — в самую выгодную для себя позицию, пилот скинул косуху, оставшись в майке без плеч, небрежно развязал алую бандану, тряхнул черными как смоль кудрями, чем вызвал у бабок спонтанный ступор. Полина тоненько захихикала, наблюдая как Тед закрепляет эффект, вовсю строя глазки бабкам и спровоцировав при этом два обморока, три воздушных поцелуя и одну анафему.
— Нда, братец, такое они забудут не скоро, — фыркнула Миа, когда космолетчики не задерживаясь миновали сектора глубинных светящихся коралловых рифов и теплокровных местных хищников. Впереди уже замаячил выход на поверхность и навстречу им кинулась стая девушек, представившаяся как клуб волонтеров местного зоологического факультета.
Дэн невозмутимо сгрузил подругу на пол и та, привыкнув к надежному плечу киборга, покачнулась на своих двоих, но сразу напустила на себя серьезный вид настоящего ученого, обьясняя будущим коллегам тонкости ухода и содержания ее питомцев. Вскоре все формальности были улажены и Полина, со слезами попрощавшаяся с актиниями, неподвижно осталась стоять у входа в закрытый для посторонних сектор парка. Туда направлялись все новоприбывшие животные и растения для прохождения необходимого по закону карантина.