— Суеверия, говоришь?? Да весь Джек-Пот и все Внешние Миры знают — кто поднял руку на мозгоедов — тому недолго осталось! А ты своими похотливыми ручонками поставила всех нас, весь клан на грань уничтожения. — Марк не выдержал и отвесил девице хлесткую пощечину.
Полина вздрогнула, но Вероника рывком освободилась из рук разозленного братца и жестом велела "семерке" отбросить пленницу ей под ноги, а брата — выставить за порог.
— Это уже неважно. Через час твои легендарные пилот с навигатором будут медленно умирать на арене, а я буду любоваться последними минутами их жизни. А вот ее, — Вероника зло прошипела последние слова в лицо Полине. — Я хотела продать. Но теперь я решила иначе — она будет моей личной служанкой. И остаток жизни будет помнить кто виновен в смерти ее друзей.
— Ты сошла с ума, — зло сплюнул на пол Марк и поспешно ретировался, то и дело оглядываясь на сестру.
Когда Миа вместе с подругами покидала Старый Город ранним утром этого же дня — она не знала сумеет ли вернуться обратно. Но уж точно не не могла представить себе, что сама поведет небольшой, но юркий и маневренный флайер, а на соседнем сиденье за ней, строго нахмурившись, будет следить заслуженный ветеран космодесанта. Сначала девушка побаивалась его, но затем освоилась — особенно когда взяла стремительный старт по плавно восходящей дуге, насколько это было позволено в пределах космопорта.
Конечно, это нельзя было сравнить с коронной свечой Теодора, но доктор позади встревоженно охнул, затягивая ремни безопасности потуже, а Миа довольно улыбнулась. Она скучала по полетам — с тех пор, как сдала на права и никогда не упускала шанса сесть в пилотское кресло флайера Крис или служебного транспорта их университета.
На маленьком лидаре флайера неотрывно, в пятидесяти метрах, мигала красная точка невидимки — для датчиков машинки "Мозгоеда" Роджер присвоил своему катеру статус "напарника-в-связке", как поступали пилоты военно-космических сил. Миа это обнадеживало и придавало уверенности в себе — ведь если Роджер и Вадим, за которых поручился сам капитан Петухов, с ними — значит не все полицейские такие продажные как на их планете?
Темно-охристые, с оливковыми прожилками рудных выходов, горы медленно проплывали внизу, сливаясь в живописный лабиринт, и девушка даже расслабилась, краем глаза присматривая за курсом. Она помнила примерное направление, но и это почти не требовалось: Варрас на западе уже почти коснулся кромки горизонта и северная оконечность неба была подсвечена сигнальными прожекторами Старого Города.
Обогнув последний, остро ощетинившийся сколами породы, хребет, Миа ошеломленно присвистнула: вся огромная, выглаженная многочисленными посадками кораблей, стоянка перед гражданскими шлюзами была заполнена бесчисленным множеством катеров, флайеров, аэробусов и личных аэроскутеров, сваленных так что было непонятно как потом будут улетать их хозяева.
— Кажется, сегодня здесь собрались зрители не только с Нового Города, курортной зоны, но и туристы со всех ближайших систем, — мрачно заметил Станислав, оглядывая это сияющее безобразие.
— И где же нам сесть? — забеспокоился доктор. — Нужно найти место поближе и поудобнее — я селезенкой чую, что придется драпать, то есть отходить быстро и желательно без препятствий и травм опорно-двигательного аппарата!
— Все будет пучком! — храбро пробормотала Миа, скорее самой себе, но капитан как-то странно на нее посмотрел, переглянувшись с доктором, а девушка перевела флайер в режим автопилота по овальной траектории и внимательно высматривала — не собирается ли кто взлетать. Некоторое время спустя им повезло: пузатый аэробус с логотипом известной отельной сети тяжело поднялся и взял курс на юг.
Миа среагировала мгновенно: щелкнув тумблером перевода на ручное управление, она резко спланировала на свободное место. Станислав сжал зубы, чтобы не выругаться при девушке в лучших традициях космодесанта, сзади икнул Вениамин, жалея о лишнем куске сьеденной за ужином пиццы. Девушка успела вовремя: едва их флайер коснулся земли, как над ними с сердитым жужжанием пронеслись несколько кобайков, уже приоткрытых в предвкушении посадки. Пилот довольно улыбнулась, совершенно не смущенная забористыми комментариями кобайкеров.
Место для посадки им попалось удачным: осталось достаточно пространства даже для "невидимки", и вскоре вся пестрая компания уже стояла в конце длинной очереди к ближайшему шлюзу. Стас недовольно строил гримасы, раз уж нельзя корректировать противную по ощущениям гель-маску прямо на лице, Веня философски пришлепнул ее еще на корабле и смирился. А уж Роджеру и Вадиму те были как родные.