Вениамин, как и многие судовые врачи, был по-своему суеверен. В космофлоте давным-давно прижилось стойкое поверье о том, что самого "тяжелого" пациента предпочтительнее отправить в резервный отсек — так и сами процедуры по оказанию помощи пройдут успешнее и выздоровление будет быстрее.
В основной, оснащенный стандартным медсканером и набором первой помощи Вениамин отослал носилки с Сакаи и Станислава, повреждения которых хоть и были обработаны на скорую руку, но еще терпели. А в резервный же отправился сам в сопровождении Дэна с Миа на руках, Полины, Теда и тихого Майлуса. Тот не одобрял бессмысленную резню на арене, как и другие жестокие забавы клана Ким и не хотел чтобы молодая XX-особь прекратила жизнедеятельность.
В отличие от основного медотсека, его собрат был оснащен куда обширнее и использовался по мере необходимости: здесь была и реанимационная капсула, и автоматический операционный комплекс, а также две запасных криокамеры и мини-лаборатория. Все это при желании можно было расконсервировать и использовать за несколько минут, чем Полина, Дэн и Теодор активно и занялись, а курсанты понятливо вытянулись в струнку за дверью. Видимо Винни за время отсутствия капитана успел неплохо их построить и натаскать.
Майлус тихо застыл в углу, неотрывно следя за Полиной: вдруг ей понадобится его помощь?
После завершения стерилизации помещения, Дэн и Теодор бережно положили девушку на смотровой стол, а Полина, переодевшись в стерильную униформу, взяв острые, почти скальпель, ножницы и быстро срезала одежду и уже грязную временную повязку Мии. Киборг невозмутимо подал подруге салфетки с дезинфектантом в литровом дозаторе и Полина принялась за работу.
Теодор любопытно вытянул шею, слегка наклонив голову и восхищенно присвистнул.
— Тед, как тебе не стыдно! — спохватилась биолог, возмущенно разворачиваясь к пилоту и закрывая девушку легкой ширмой. — Она же почти твоя. эээ…
— Моя кто? — кудрявая шевелюра Теодора показалась над краем ширмы. — И вообще, я тоже ранен и заслуживаю твоего внимания! А то смотри, кровью истеку и потеряешь такого прекрасного пилота и друга во цвете лет!
Парень показушно похромал в угол медотсека, хотя до этого передвигался вполне себе уверенно. Полина и Дэн переглянулись, а потом киборг негромко пояснил:
— Видишь ли, Тед, если человеческая память и восприятие могут сбоить с погрешностью до 20 %, то моя программа распознавания и сличения лиц осечек не даст. Не должна по крайней мере.
— И что ты хочешь этим сказать? — пилот осторожно уселся на круглый вращающийся табурет у терминала. — Эта малявка мне неплохо так нервы потрепала, да еще и на флайер нацелилась! Вы же все слышали!
— А то, что согласно моим данным совпадение фенотипических признаков у тебя и этой девушки — 89 %, возможная степень родства — близкая, вероятность — 70 %, - ровным голосом ответил Рыжий, оглядываясь на примыкающий к медотсеку санузел. Сейчас там уже готовился к операции Вениамин, выбросив грязный халат в утилизатор и спешно натягивая стерильную униформу.
— Какого?? — Теодор на время замолчал, а потом одним рывком вскочил и снова попытался заглянуть за ширму. Впрочем, Полина еще не успела закончить обтирать Мию дезинфицирующим раствором и протестующе зашипела на друга. Тот толком не рассчитал траекторию движения, пытаясь заглянуть за плечо зоолога, напоролся раненым коленом о свободный табурет и с грохотом рухнул на пол, повредив собственную повязку. — Твою ж налево, Полли! Имел я их движки во все сопла! — пилот со стоном скорчился на полу, на все корки ругая и клан Ким и их зверюг.
Дэн вздохнул, подхватывая друга и оттащил его подальше из стерильной зоны:
— Она тут не при чем, — киборг кивнул подруге, мол, работай, не отвлекайся, а сам уложил пилота на кушетку. — Тед, ты лучше постарайся вспомнить: твой отец летал куда-нибудь в этот сектор двадцать лет назад?
— Ну ты и спросил! — фыркнул парень, закидывая руки за голову и поудобнее пристраивая раненую конечность. — Я тогда хоть и под стол уже не ходил, но совсем мелким еще был. Даже Лики еще в проекте не было! — он нахмурился, роясь в закромах памяти, а потом ответил: — Дело было под Рождество. В тот день я без спросу залез на крышу, хоть мне сравнялось шесть лет и мне это строго запрещали. Хотел установить пугалки-петарды прямо в трубе — чтобы как следует подготовиться к встрече Деда Мороза.
Тед покосился на расплывчатые силуэты за ширмой — суетящейся вокруг стола Полины и неподвижный — их гостьи.
— Дед и мама поймали почти на самом гребне — всего пару метров до трубы не долез, до сих пор до жути обидно! Ну и не пустили на праздничную службу и ужин, а заперли в комнате — помню, как я ревел в обнимку с игрушечной моделью звездолета. Так и уснул, а проснулся от того, что отец вернулся. Но гораздо позже чем его ждали домочадцы — в самый канун праздника. И они с мамой ругались так, что со стропил сверху опилки летели — у нас так было оставлено, под старину, — пояснил Теодор, садясь на кушетке и потирая лоб. — Отец летал по делам за 20 световых лет, вроде бы и не так далеко, но почему-то запоздал. Они оба всегда были вспыльчивыми…