Она заметила меня и направилась к столику, расцеловав в обе щеки. Её волосы были снова в идеальной форме, и от неё пахло цитрусовыми. Между нами на столе лежал номер журнала Vogue на английском языке, и мы обменялись улыбками типа «как дела?», пока она усаживалась.
Я поставил перед ней чашку и убрал блюдце. Она поднесла её к губам. То ли она остыла, то ли вкус её был уже не тот, потому что она тут же опустилась обратно на стол.
«Малишкиа находятся недалеко от Нарвы».
Я улыбнулся ей в ответ, словно наслаждаясь рассказом. «Нарва?» Казалось бы, она могла быть где-то на Луне.
«Вам понадобится карта региона с точностью один к двумстам тысячам».
«Какой страны?»
Она улыбнулась. «Эстония, северо-восток». Она положила руку на Vogue.
«Вам также понадобится то, что находится здесь внутри».
Я кивнул.
Её рука всё ещё лежала на журнале. «Именно отсюда они управляли «Лунным лабиринтом»; и теперь, когда у них есть Том и Think Pad, именно оттуда они попытаются получить доступ к «Эшелону». Они меняют местоположение каждые несколько недель, чтобы избежать обнаружения, и после того, что случилось здесь, они очень скоро снова переедут. Вам нужно действовать быстро».
Я снова кивнул, и она сложила руки на столе, наклонившись вперёд. «Там же адрес. Там вы встретите людей, которые помогут вам раздобыть взрывчатку и всё необходимое. До Нарвы лучше всего добираться поездом. Аренда машины — это больше проблем, чем пользы. И, Ник, — она пристально посмотрела на меня, — этим людям в Нарве не доверяй. Они совершенно ненадёжны, их методы наркоторговли подрывают бизнес всех нас. Но они — самая близкая поддержка, которую Валентин может предложить тебе на месте».
Я улыбнулась ей, дав понять, что я не вчера родилась.
И помните: никогда не упоминайте Валентина, общаясь с ними.
Между ним и всем этим не должно быть никакой связи. Абсолютно никакой. Если они установят связь, сделка распадётся, потому что они просто убьют тебя.
Она снова сцепила руки. «Также там есть…» – она замялась, пытаясь подобрать подходящее слово, но не нашла удовлетворяющего её. В конце концов, она пожала плечами, – «письмо от друга, того самого, у которого есть связи в Нарве. Оно гарантирует, что ты получишь от этих людей всё, что тебе нужно, но используй его только в случае необходимости, Ник. Оно было приобретено Валентином с большими личными затратами, и им не следует злоупотреблять».
Я спросил очевидное: «Что в нём?»
«Ну, это немного похоже на страховой полис», — она довольно мрачно улыбнулась. «Чеченский страховой полис. Я же тебе уже говорила, ты ему нравишься».
Мне не нужно было больше об этом спрашивать. Скоро я сам всё увижу.
А пока были дела поважнее. Мне снова нужен был ответ на вопрос-штык: «Сколько людей на объекте?»
Она покачала головой. «У нас нет такой информации, но её будет больше, чем в прошлый раз. Это их самый важный актив, поэтому именно в Эстонии география — лучшая система защиты».
Нужно было ответить ещё на один вопрос. «Как вы узнаете, что я добился успеха?»
«Ты беспокоишься, что Валентин не заплатит без доказательств? Не переживай. Он узнает через несколько часов, как это сделать, это тебя не касается. Ты получишь свои деньги, Ник».
Я наклонился ближе. «Откуда ты знаешь Тома?»
«Я не знаю, а Валентин знает. Когда Тома поймали в Менвит-Хилл, он работал на Валентина. Вы, британцы, так этого и не узнали, потому что ваши угрозы ему не шли ни в какое сравнение с тем, на что был способен Валентин».
«Что было?»
Выражение ее лица побуждало меня использовать воображение.
Я мысленно представил себе Тома, свернувшегося калачиком на заднем сиденье машины после того, как группа допроса объяснила ему правду жизни.
«Пытался ли Том получить доступ к Echelon для Валентина в Менвит-Хилл?»
Она кивнула. «Когда его поймали, он рассказал британской разведке только то, что, по их мнению, им было необходимо знать, а затем передал суду то, что ему велели сказать. Всё было очень просто, на самом деле. Ну, для всех, кроме Тома».
«А как вы узнали о моей связи с Томом?»
«У Валентина есть доступ ко многим секретам. После вашей встречи в Хельсинки он захотел узнать о вас немного больше. Заказать эту информацию у Малискии было достаточно просто благодаря Лунному Лабиринту. Ещё больше стимулов проникнуть туда и уничтожить эту возможность, не правда ли?»
Да, чёрт возьми. Мне всё это не понравилось.
Лив похлопала журнал рукой. «Прочитай. Тогда всё, что мы знаем, узнаешь и ты. Мне пора идти. У меня ещё столько дел».
Держу пари, что одним из них было доложить посреднику Вала, что я направляюсь в Нарву.
Мы с Лив улыбнулись друг другу, как прощающиеся друзья, поцеловались в щёку и, как положено, попрощались, пока она вешала сумку на плечо. «Я буду проверять вокзал каждый день, Ник, начиная с воскресенья».
Я коснулся её рукава. «Последний вопрос».
Она повернулась ко мне лицом.
«Кажется, Том тебя не слишком беспокоит. Я думала, вы двое, ну, знаете, близки».
Она медленно села. Секунду-другую она покрутила кофейную чашку, а затем подняла взгляд. «То есть я переспала с ним?» Она улыбнулась. «Том не тот человек, с которым я бы искала отношений. Я переспала с ним, потому что он слабел и совершенно не понимал, чего от него ждут. Спать с ним было…» – она подыскала подходящее выражение, а затем пожала плечами, – «страховкой. Мне нужно было поддерживать его преданность делу. Он единственный, кто мог такое сделать. Он гений в использовании этих технологий. Он должен был пойти с тобой. Именно поэтому ты должен выполнить своё новое задание как можно быстрее. Его возможности не должны быть доступны малискиа».
Она встала и обернулась, слегка махнув рукой, и я сгорбился на стуле, жалея, что не узнал об этом несколько дней назад. Я проводил её взглядом, пока она направлялась к эскалатору и медленно исчезала.
Я вытащила маленький белый конверт из журнала, оставленного Лив. Он выглядел так, будто был предназначен для небольшой поздравительной открытки; судя по всему, внутри было совсем немного вещей.
Я постояла немного, не трогая её, и выпила её еле тёплый кофе. Минут через десять я сложила чашки, блюдца и тарелки на поднос.
Отойдя от эскалаторов, я прошёл через отдел тёплой одежды в туалеты. Удобно устроившись в кабинке, я открыл конверт. Внутри оказалось три клочка бумаги разного размера и качества. На первом был стикер с адресом в Нарве – судя по всему, я искал парня по имени Константин, – и указанием «длина-широта». Стикер был приклеен к половинке разорванного листа дешёвой и очень тонкой ксероксной бумаги, на котором было написано ручкой около десяти строк кириллицы. Это, должно быть, был чеченский страховой полис, потому что третьим предметом был лист вощёной бумаги с нарисованным карандашом крестом и, ближе к левому нижнему углу, маленьким кружком. Мне оставалось лишь выстроить линии «длина-широта» и «широта» на карте справа, и – бинго! – кружок должен был оказаться там, где должны были находиться Том и Малискиа.
Я прислушивался к шарканью ног снаружи, плеску воды в раковинах, гудению сушилок для рук и редким хрюканьям или пукам, и, складывая обрывки бумаги и засовывая их в носки, чтобы не мешались, начинал смеяться про себя. Я чувствовал себя Гарри Палмером в одном из тех фильмов Майкла Кейна шестидесятых. Это было просто смешно. У меня под ногами было больше вещей, чем в карманах.
Я смыл воду в туалете и открыл дверь. Японский турист с толстым телом терпеливо ждал, его бока были набиты сумками с видеокамерами и фотоаппаратами. Оставив его пробираться в кабинку, я направился к автомату с презервативами у писсуаров. Пришло время принимать решение.
Опустив несколько монет, я рассматривал варианты с банановым или клубничным вкусом, а также в форме средневековых булав, но в итоге остановился на старых, прозрачных. Всё очень по-миссионерски. А потом, с пачкой из трёх штук в кармане, я навсегда распрощался со всем «Стокманном».