— Я её поселил в соседнюю с тобой каюту. А Ваську — в другом конце коридора.
Барисыч «откупился» недурно, нагрузив нам и племянникам сыр, колбасную нарезку, какие-то мясные деликатесы, всевозможную сдобу «к чаю». Пара пузырей тридцатиградусной израильской ароматизированной водки «Стопка», ликёрчик «Амаретто» российского производства, сок в пакетах («для коктейлей», как он объяснил). Ну, и нам литруха «Распутина» с мигающим глазом на голографической наклейке. Он-то не знал, какими воистину стратегическими запасами пива мы располагаем, так что, закупаясь, рассудил: на трёх взрослых людей и почти взросло паренька хватит, чтобы не нажрались до скотского состояния.
Резонно. Так ведь и мы не думали, что у нас, даже вместе с нежданно свалившимися гостями (Вася, Наташа, Венера), выйдет по три с лишним литра пенного напитка на рыло.
— Это можно будет пить за ужином, — отмахнулась Наташа от дядиных презентов, вместе с братом принявшаяся попивать охлаждённое в холодильнике пиво. — Чтобы всю ночь в туалет не бегать.
Её матушка наверняка бы на нас наехала за то, что мы спаиваем несовершеннолетнего. Да только что я, что братец, что выбредший после отъезда начальства матрос хорошо помним себя в таком возрасте: пробовали. И отнюдь не пиво пробовали, но ни фатальных последствий для организма от этих «дегустаций» спиртного у нас не случилось, ни конченными алкашами впоследствии не стали. Так что для себя уже решили: пусть побалуется. Но нажираться, ясное дело, ему не позволим. Тем более, перерывчик назрел:
— Данилыч, ты рыбалку обещал.
— Сейчас удочки принесу. Ты с палубы рыбачить будешь или на большую воду на лодке поплывёшь?
Что за вопрос? С берега я и в родных местах, где с крупными реками напряжёнка, нарыбачусь. Хоть на озёрах, хоть на прудах. А мне хочется попытать удачи именно на большой реке: там же РЫБИЩА должна водиться, а не окунёвая и чебачья мелюзга!
Фрагмент 2
3
Васёк увязался за мной. Лодка резиновая, двухместная, как раз нам можно будет удобно устроиться.
— Только на фарватере не вставайте, — напутствовал меня брат. — Навигация тут, конечно, не очень активная, но какому-нибудь буксиру, толкающему баржу, если он вывалится из-за поворота реки, тебя не «объехать». И «затормозить», как машина, он не сможет.
Сел на вёсла, двинулся к выходу из затона. По пути с парнем решили, что поднимемся в Уфу метров на пятьсот, и бросим якорь.
Приток Белой, называемый башкирами ещё и Караидель, «Чёрная Река», встретил нас быстрым течением. Куда более быстрым, чем в Белой, «Агидели». Так что пришлось налечь на вёсла. И… не рассчитал силёнки, вывернув резиновую уключину из гнезда. Видимо, пивные пары чуть притупили контроль над прилагаемыми усилиями. Ерунда, минута возни, и она снова на месте. Вот только за эту минуту лодку снесло течением снова к входу в затон.
Дубль два завершился тем же. Только поднялся на сто метров выше, хоть и старался «дозировать» усилие, прилагаемое к вёслам. И третья попытка закончилась тем же результатом…
В общем, поматюкавшись одними губами, махнул рукой.
— Поехали на брандвахту! Не мой сегодня день.
— Так может, я на вёсла сяду? У меня сил поменьше, может, ничего не выверну.
— Прямо здесь, на воде, будем меняться местами? Нет уж, для купания сегодня холодновато!
А у борта плавучей гостиницы вода кишела от мальков, которых прямо с палубы подкармливали крошёным хлебом остальные члены нашей компании.
Выяснив, в чём дело, Андрей только поржал и обозвал меня медведем.
— Я же говорил: с палубы надо было рыбачить. Вон тут сколько рыбы.
— Я такую рыбу где угодно поймаю, — фыркнул я. — Наливай!
За те полчаса, пока мы корячились, безуспешно воюя с течением, немного наладилась погода. Низкие хмурые тучи, время от времени начинавшие сыпать изморосью, уползли на восток, облачность приподнялась, и, кажется, стало даже чуть светлее.
— Ну, ухи нам сегодня явно не видать, — продолжал подшучивать брат. — Так что на мангале будем жарить сосиски, чтобы пожрать чего-нибудь горяченького.
Мангал дежурные по брандвахте соорудили знатный! Не просто железный ящик на ножках, а с «кондибобером» в виде приваренной сбоку от основной «жарительной зоны» вертикальной коробки, в которой уже горели дрова. Перегорят до углей, и из-под этой коробки угли можно будет кочергой разгрести, чтобы приготовить эти самые сосиски на шампурах.