Анна повернула ключ зажигания и резко нажала на газ. Машина дёрнулась вперёд, как испуганный ребёнок. Женщина резко затормозила, и чёрный след расчертил асфальт. Она снова сидела неподвижно и тяжело дышала. Машина замерла. Кулаки сжаты до боли, ногти впиваются в мякоть ладони, зубы стиснуты. Хотелось кричать. Хотелось разбить что-нибудь вдребезги. Хотелось уничтожить чёртов мир, который позволил этому случиться. Но она продолжала просто сидеть.
Взгляд упал на браслет, повисший на краю коврика.
— Как ты мог… — прошептала она. — Как ты мог меня оставить?
Слёзы вновь потекли по её щекам, их было не остановить. Анна протянула руку к браслету и подняла его. Уже знакомое чувство затягивания в бездну охватило её. Анна не сопротивлялась, на борьбу не было сил.
Спальня их первой квартиры. Солнце заливает комнату мягким светом, ветер едва заметно шевелит бирюзовые занавески. Анна помнит эти шторы: она их повесила перед самой свадьбой, а через две недели Сергей зацепил одно полотно углом форточки и порвал его прямо по центру. Шторы восстановлению не подлежали. Анна оглянулась.
Сергей лежал на боку, опираясь на локоть, и наблюдал, как спит его новоиспечённая жена. Её волосы разметались по подушке, веки слегка подрагивали. Он не отрывал от неё взгляда. Его губы растянулись в улыбке, когда он осторожно протянул руку и невесомо погладил её по волосам, стараясь не разбудить. Аня слегка пошевелилась, он замер, но она лишь вздохнула и придвинулась ближе. Сергей нежно обнял её.
Прошло какое-то время, и Аня открыла глаза. Сергей поймал её взгляд и улыбнулся:
— Доброе утро, моя жена, — сказал он тихо и нежно.
Анна ответила ему сонной улыбкой, потягиваясь всем телом. Он рассмеялся и легко коснулся губами её лба.
— Ты голодна? — Сергей уже выбрался из постели.
Не дожидаясь её ответа, он отправился на кухню. Его шаги были быстрыми и лёгкими, он будто парил.
Анна отправилась следом. Она не могла оторвать взгляд от своего мужа. Ещё такого молодого. И такого живого…
На кухне Сергей достал из холодильника продукты, напевая под нос какую-то мелодию. Он разбил яйцо о край миски. Немного скорлупы упало внутрь, он убрал её, выудив вилкой.
Через некоторое время в дверях кухни появилась Аня, завёрнутая в плед. Сергей обернулся, и улыбка снова осветила его лицо.
— Иди сюда, — позвал он.
На столе уже стояли две тарелки с яичницей, чашки с дымящимся кофе и вазочка с вишней.
— Это не ресторан, — сказал Сергей, смущённо почёсывая затылок. — Но это же наш первый завтрак… в новом статусе.
Аня взяла его за руку и слегка сжала. Сергей крепче сжал её руки, их пальцы переплелись. Он не мог перестать улыбаться, даже когда пил кофе — уголки его губ так и оставались приподнятыми. Его движения были лёгкими, наполненными радостной энергией. Глаза блестели, а когда он бросал взгляд на Аню, улыбка непроизвольно становилась шире.
Допив кофе, он встал, обошёл стол и, обняв её со спины, положил голову ей на плечо.
— Люблю тебя, — тихо и серьёзно произнёс он.
Она замерла, и он прижал её чуть сильнее.
Цвета вокруг потускнели и перемешались. Анна ощутила головокружение и закрыла глаза. Оглядевшись, она обнаружила, что опять находится на водительском месте автомобиля. Браслет скатился к ней на колени.
Анна в растерянности застыла. Это было не её воспоминание. Ей казалось, что они уехали в Питер в день свадьбы — исполнять её детскую мечту. А тот день совершенно выпал из памяти.
Анна смотрела на браслет, но не касалась его. Не могла. Её взгляд заскользил по сторонам: то на здание за окном, то на приборную панель, и опять притягивался к браслету. Эти камешки были ответом на всё.
«Если я сейчас вернусь домой, значит, я сдалась», — думала она, рассматривая украшение. Мысль была абсурдной, но Анна держалась за неё, как за спасение. «Я должна что-то сделать. Что-то изменить. Если бы я…» — она потрясла головой, пытаясь избавиться от этой идеи.