– Отлично, Паула! Наконец-то ты задействовала свои малочисленные мозговые клетки, – воскликнул Фернандо нарочито язвительно.
– Я отказываюсь комментировать твой хамский выпад, – заявила Паула и продолжила: – Через два года после этой поездки отца арестовали за попытку вскрыть могилы наших предков все в той же церкви Подлинного Креста. И мы так и не узнали о мотивах этого поступка, потому что он ничего не объяснил нам. Вам не кажется, что между этим фактом и всей этой историей существует какая-то связь?
– Наверняка такая связь есть! – согласилась Моника.
– Что, если мы расскажем об этом дону Лоренцо, не вдаваясь в детали? Я это запишу в своем блокноте. Нам нужно больше выяснить при следующей встрече.
– Пожалуй, из этого можно сделать вывод, что он пытался искать что-то в могилах, и, чем бы это ни было, оно могло иметь отношение к их тайне.
Фернандо вспомнил имя Папы, записанное рядом с именем его отца в бухгалтерской книге Рамиреса.
– Мы тебе не рассказали, что, кроме всего прочего, возникло имя Папы Онорио III. Оно, как и имя нашего отца, было написано рядом со статьей расходов на поездку. И мы знаем, что именно этот Папа отправил реликвию в церковь Подлинного Креста в 1224 году. – Фернандо теперь говорил более решительно. – Мы должны как можно быстрее поговорить с доктором Лючией Херрерой! Она, судя по всему, специалист по истории церкви Подлинного Креста и тамплиеров. Мы должны рассказать ей обо всем, что уже знаем. Думаю, она поможет нам понять, какие тайны тамплиеров и их мистических последователей хранит эта? церковь. Я почти уверен, что церковь Подлинного Креста по какой-то причине является главным звеном во всей этой истории с браслетом. Вспомните об аресте отца и о его специфических отношениях с Карлосом Рамиресом. Завтра же я позвоню Лючии и договорюсь с ней!
Он порылся в своем портфеле и нашел визитную карточку Лючии Херреры.
– Я так и знал! Она оставила мне свой номер телефон на! – ликующе произнес он.
Паула изучила карточку, на которой был написан домашний адрес женщины, и интуитивно перевела взгляд на Монику. Лицо девушки выражало нескрываемое недовольство.
– Красивая эта докторша из архива? – спросила Паула, стараясь не смотреть ни на Фернандо, ни на Монику.
– Не очень, – произнесла Моника.
– Она умная, – сказал Фернандо почти одновременно с Моникой. – Но какое это имеет отношение к теме нашего разговора, Паула?
Паула снова посмотрела на Монику, которая принялась разглядывать остатки рыбы в своей тарелке, низко опустив голову, и ответила брату:
– Никакого. Простое любопытство!
Принесли кофе. Фернандо, кроме кофе, попросил рюмку коньяка, чтобы растянуть удовольствие. Медленно выпив коньяк, он захотел поделиться с женщинами своими сомнениями.
– По мере того как мы обнаруживаем новые данные, в нашем уравнении становится все больше неизвестных. Например, почему господин Рамирес отправил ценный браслет отцу, а не оставил его у себя? А еще меня мучает вопрос: что отец должен был с этим браслетом сделать? Но, прежде чем получить ответы на эти вопросы, мы должны понять, что это за браслет, относящийся к расцвету египетской цивилизации, и узнать, кому он принадлежал.
Моника прервала его. Ей тоже многое было неясно.
– Мы все спрашиваем себя, что мог искать твой отец в могилах семьи Луэнго. – Сделав паузу, она продолжила: – Кроме того, есть еще вопрос: что он хотел сделать с тем, что собирался найти? Похоже, все факты говорят о том, что по какой-то причине, нам еще неизвестной, он должен был присоединить к браслету то, что искал в могилах. Если это не так, для чего тогда браслет был отправлен твоему отцу в Сеговию? И, наконец, если считать, что два предыдущих предположения верны, чего он хотел добиться, соединяя эти два предмета? – Моника сделала паузу, чтобы отпить глоток ликера, и продолжила: – С другой стороны, дон Лоренцо почти убедил нас, что и его дедушка, и ваш отец принадлежали к секте тамплиеров. Это может как-то объяснить странное поведение вашего отца и его стремление иметь оба эти предмета?
Фернандо предложил ей записать в свою тетрадку все вопросы, чтобы потом разделить направления поиска, поскольку у них было слишком много открытых тем и сложно было работать над ними одновременно.