Магистр де Перигор с интересом повернулся к нему.
– Я рад это слышать, брат Гильом. – Он заплатил за фрукты и предложил Гильому попробовать черешни. Вкус у них оказался отличным. – Не будем терять времени. Пока мы здесь бродим, расскажи мне, что ты придумал.
Гильом со всеми подробностями описал сцену у лотка с коврами, свидетелем которой он был. Великий магистр никак не мог понять, какое это могло иметь отношение к их проблеме.
– Ловкий венецианец не только смог решить серьезную проблему, он и воспользовался этой возможностью, чтобы продать еще один ковер, причем полностью удовлетворил клиента. Кроме того, он остался весьма доволен собой, заставив покупателя думать, что тот совершил удачную сделку и что у него самая прекрасная жена и самые чудесные дети во всем Риме. Какой урок ловкачества! – Гильом решил, что наступил момент посвятить Армана \ в свой план. – Де Эскивес должен понять, что ситуация абсолютно противоположна той. какую он себе представлял. Сейчас он считает, что наша реакция на смерть Урибе будет очень жесткой и что его положение весьма критическое, а мы заставим его думать, что мы очень довольны его поведением, и объявим ему о его возможном повышении до сана магистра провинции.
– Твоя идея кажется мне удачной. Но как же быть с совершенным им преступлением, ведь он знает, что нам известно о нем?
– Я об этом уже подумал! Вспомни, наш информатор только рассказал нам, что видел де Эскивеса и катара рядом с трупом Урибе; но он ведь не понял, на ком именно лежит ответственность за его смерть. Мы убедим его в том, что наши подозрения никогда не падали на него и что мы подозреваем катара. – Гильом считал свои доводы убедительными. – Я также думаю, что будет лучше, если я поеду к нему один. Иначе он удивится приезду магистра провинции вместе с Великим магистром ордена, и наши старания убедить его в том, что мы ему полностью доверяем, окажутся тщетными. И наоборот, визит магистра провинции без вооруженной охраны, только в сопровождении секретаря, а также хорошие новости и понимание с нашей стороны столь прискорбной ситуации помогут нам добиться желаемого эффекта.
– Отлично, Гильом! – Арман похлопал его по спине в знак одобрения. – Я думаю, это может сработать! – Он задумчиво почесал бороду. – Но у меня остается одно сомнение. Даже если он будет тебе доверять, как ты сможешь получить эти три предмета?
– Я выражу желание провести у них две-три недели. За это время я попытаюсь наладить более доверительные отношения с де Эскивесом, чтобы он не чувствовал неловкости в моем присутствии, попробую расспросить монахов и попытаюсь определить вероятное место тайника. Из всех вопросов подмена реликвария меня менее всего беспокоит. А поиски сундучка и папируса могут оказаться чуть более сложным делом.
Де Кардона рассеял все сомнения Армана, и тот согласился с его планом, считая его вполне жизнеспособным. Кроме того, был еще один положительный момент: ему не нужно было ехать в Сеговию, а значит, он сможет отправиться в Святую землю, где без его присутствия наверняка пришлось бы отложить новые кампании. Он искренне сожалел, что вся ответственность за успех или провал дела ложится на Гильома, но лучшего варианта у него не было.
Довольные, они вышли с базара и направились к резиденции ордена в Риме. Они должны были расстаться на неделю: один из них в Риме должен был решить самые срочные для ордена дела и ускорить отправку необходимого продовольствия; второй уезжал в Неаполь, где проживала его семья, воспользовавшись короткой передышкой, на которую он не рассчитывал.
Они договорились встретиться до отъезда Гильома, чтобы вместе посетить знаменитую церковь святого Павла и посмотреть мозаики, которыми Папа Онорио III велел ее украсить и которые так заинтересовали его преемника на папском престоле. Они попрощались и разошлись: один пошел по своим делам, а другой – к своим близким.
Арман де Перигор и Гильом де Кардона снова встретились по прошествии недели у паперти внушительной церкви святого Павла. Они были потрясены ее величием. Церковь была разделена на три прямоугольных нефа, центральный из которых был самым широким, рядами внушительных мраморных колонн. Тамплиеры направились к арке, которая отделяла центральный неф, в поисках часовни с таинственной мозаикой, изображающей Святую Деву с младенцем и появившейся здесь по приказу Онорио III.
– Посмотри, Гильом, вот она! Именно такая, какой нам ее описал Святой Отец! Обрати внимание на контраст цветов! Бирюзовый на платье Марии и красный на одежде младенца, и все это на золотом фоне. Какой великолепный ансамбль!