Командора Гастона де Эскивеса отвлек настойчивый стук в дверь как раз тогда, когда он занимался тщательным подсчетом средств, как делал это постоянно, в последнюю пятницу каждого месяца. Он преодолел желание ответить на стук раздраженно. Все хорошо знали, что этот процесс всегда требовал максимальной тишины, и старались не мешать. В конце концов де Эскивес разрешил войти.
– Командор, приехал господин магистр! – У монаха глаза чуть не выскакивали из орбит.
– Здесь магистр Гильом де Кард она? – Де Эскивеса вдруг охватила паника. Момент, которого он так боялся, наконец наступил. Командор резко вскочил со стула. – Скажи мне, много братьев его сопровождает? – Он ожидал своего неминуемого ареста и представлял, как он будет идти в окружении большой группы вооруженных монахов.
– Он прибыл со своим помощником, мой господин, и хочет вас видеть.
Монах удалился, получив приказание сопроводить гостей в библиотеку.
Де Эскивес не мог справиться с удивлением. Он недоуменно смотрел из своего окна, устремляя взгляд за границы имения, пытаясь увидеть вооруженных людей, ожидавших приказа действовать. Но он не заметил ничего, что подтвердило бы его страхи. Он спустился по лестнице на нижний этаж и направился к входу в библиотеку, охваченный сильным волнением.
– Мой дорогой Гастон! Как я рад тебя снова видеть!
Магистр де Кардона раскрыл объятия навстречу еще более изумившемуся де Эскивесу.
– Я тоже рад видеть вас, господин. – Командор, как мог, пытался скрыть свои чувства. – Вы уже давно не посещали наше скромное имение. – Он прокашлялся, чтобы собраться с мыслями. – Прошу простить мое любопытство, но что заставило вас приехать сюда? – Он тут же подумал, что такой прямой вопрос был немного невежливым, но ему не терпелось узнать о намерениях магистра.
– Я понимаю твое нетерпение, поскольку приехал, не предупредив о своем визите. – Гастону показалось, что магистра вот-вот охватит приступ дикой ярости. – Но я сделал это намеренно. – Он надолго смолк.
Затаив дыхание, де Эскивес ждал рокового момента. А Гильом де Кардона, со своей стороны, наслаждался, держа его в напряжении.
– Вернувшись в Барселону после долгого путешествия, я захотел приехать сюда лично, чтобы сообщить тебе эту новость. – Очередная долгая пауза доконала командора, и он, не в силах уже больше выдерживать такое напряжение, нетерпеливо спросил, что за новость тот хочет ему сообщить. – Я решил назначить тебя ответственным за командорство в Королевском Мосту вместо командора Хуана де Атарече. Важность этого события заставила меня приехать сюда лично.
Де Эскивес широко раскрыл глаза от изумления. Возможно, это злая шутка или сон наяву? Магистр, несомненно, знал о его причастности к смерти Урибе. Почему вместо сурового наказания он получил такое значительное повышение? Магистр, похоже, прочитал его мысли, потому что немедленно затронул эту скользкую тему.
– Я в курсе ужасных событий, происшедших в церкви Подлинного Креста, и знаю о насильственной смерти нашего брата Педро Урибе. – У де Эскивеса невыносимо забилось сердце и закружилась голова от такого резкого поворота разговора. – Я предполагаю, что виновный в этом, этот де Субиньяк, сполна заплатил за свое преступление. – Гильом был очень доволен произведенным впечатлением.
Де Эскивес быстро соображал, как ему объяснить убийство Пьера, учитывая новый взгляд на проблему. Все это казалось в некоторой степени нелогичным. Он не рассчитывал на возможность обвинить в преступлении Пьера, хотя Лукас, несомненно, при убийстве не присутствовал и не мог указать на убийцу. Де Эскивес, особо не раздумывая, решил подтвердить эту версию.
– С прискорбием должен признаться в том, что я был вынужден убить этого негодяя, господин. После своего подлого поступка он пытался бежать. Я не собирался его убивать, но в потасовке, которая за этим последовала, я защищался, и мне пришлось убить Пьера.
Для Гильома это было новостью и еще раз подтверждало, насколько де Эскивес опасен.
– Ну что же, он заплатит за свои преступления в аду!
Де Эскивес был обязан рассеять все сомнения и подозрения на свой счет. Он подумал, что переезд в Наварру ему совершенно невыгоден. Кроме всего прочего, это осложнило бы ситуацию с реликвиями, спрятанными в церкви Подлинного Креста, – их пришлось бы перепрятывать. Он никак не мог прийти в себя от такого благоприятного поворота событий. Немного расслабившись, он спросил де Кардону, побудет ли тот в имении какое-то время. Магистр ответил, что собирается остаться здесь на три-четыре недели и использует это время, чтобы отдохнуть и отвлечься от рутинных обязанностей, которые накладывал на него его пост.