А пока отмывала того от крови и грязи, рассматривала жуткие раны на великолепном теле и задавалась вопросом: кто мог сотворить такое с эльфом? То, что не зверь, было совершенно ясно - ведь звери не носят мечей. А раны этого нелюдя были именно колотыми, резанными и еще какими-то непонятными. Глядя на тонкие, ровные и длинные полоски на бледной коже, я пыталась понять, чем они могли быть оставлены. А поскольку в оружии разбиралась очень плохо, то предположила, что это мог быть хлыст.
Провозилась я с Деллом очень долго, несмотря на то, что старалась отмыть его побыстрее. Намокшие от крови полотенца пришлось заменить на новые и продолжить свое занятие. Потом, потребовалось немало времени и сил на то, чтобы вытащить из под бессознательного тела мужчины влажную от воды и крови простынь, кое-как заменив ее чистой. Просто удивительно, что тот, после всех моих манипуляций, все еще был жив.
Дрожащими от усталости руками я взяла гримуар и, сев на кровать рядом с раненным, принялась искать то, что могло помочь спасти ему жизнь. Нужно было заклинание, способное исцелить колотые и резаные раны, а еще меня очень напрягало то, что у эльфа было что-то с глазами. Веки вокруг них покраснели и опухли так, что смотреть было больно. Мое сердце болезненно сжималось при одной только мысли, что Перворожденного могли ослепить.
Смотреть без ужаса и жалости на лежащего поверх простыни обнаженного мужчину, красота которого раньше искренне восхищала, было невозможно. Создавалось ощущение, что тот сбежал не то от какого-то безумного садиста, не то из пыточной.
Вздохнув, я заставила себя отвести взгляд от истерзанного тела Делла и сосредоточиться на содержимом страниц гримуара. Но, сколько не листала, не вчитывалась в строки, мне никак не удавалось отыскать что-то подходящее, чтобы заняться его лечением.
"Да что же это такое!" – в отчаянии воскликнула я, захлопывая книгу. – Ну, неужели ни одна из ведьм не записала сюда заклинание, которое подошло бы для исцеления серьезных ранений, или это я такая слепая?
Закрыв лицо ладонями, принялась размеренно дышать в попытке успокоиться. Ведь такого просто не могло быть! Нужно дать минутку отдыха глазам и начать поиски по новой.
Внезапно, мое внимание привлек какой-то странный шуршащий звук, как будто кто-то быстро-быстро перебирал пальцами бумагу. Отняв руки от лица, я не поверила тому, что вижу. Гримуар, который я, расстроившись, закрыла, открылся сам, а его страницы так и мелькали, перелистываясь сами собой.
- Что за… - начала было я, но тут их мелькание резко прекратилось и я уставилась на то, что показывала мне книга.
А раскрылась она именно на том месте, где были расписаны заклинания, которые так стремилась найти.
- Книжечка, милая, спасибо тебе! – обрадовалась я, ласково погладив странички, а затем вчиталась в описание того, что надо делать.
Три из предложенных способов лечения, оказались довольно сложными, не говоря уже о том, что во всех них имелась оговорка, прочитав которую, я поняла, что пока эти самые заклинания мне просто не по зубам. А, может, и никогда не будут, потому что для их использования было нужно немалое вливание силы. У меня же оной, похоже, были кискины слезы, если даже зажигание свечи и подогрев воды мне давались с трудом.
А вот оставшиеся два заклинания я вполне могла испробовать. Одно из них, позволяло если не вылечить, то закрыть рану, что было равносильно тому, как если бы я зашила ее вручную. А второе заклинание позволяло мобилизовать организм раненого так, что регенерация ускорялась в разы. Правда, у последнего был один минус. Энергия, на регенерацию, бралась из самого тела, а, значит, пострадавшему нужно было очень хорошо питаться, иначе тот рисковал просто «сгореть», не успев поправиться. И вот с последним-то (питанием я имею ввиду), имелись большие проблемы. Каша и соль – это все, что у меня было!
Выругавшись в очередной раз, я поняла, что выбора у меня нет. Либо я использую эти заклинания, а затем отправляюсь на поиски пропитания, либо Делл умрет. Сцепив зубы, потянулась к гримуару.
То, что та бессмыслица, которую произнесла, ломая язык, работает, я убедилась, когда раны (над которыми попеременно делала необходимые пассы, пока читала заклинание), стали одна за другой закрываться, оставляя после себя жуткие алые шрамы. А к тому времени, когда закончила с магической "штопкой" и запустила заклинание ускоряющее регенерацию организма раненного, силы окончательно меня покинули.
Посмотрев на дело рук своих, удовлетворенно кивнула. На теле светловолосого нелюдя не осталось ни одной открытой колото-резанной раны, а шрамы... шрамы сойдут, благодаря второму заклинанию. И поврежденные ткани тоже восстановятся. Сейчас вызывали беспокойство разве что глаза Перворожденного, с которыми не знала что делать. По идее, благодаря той же самой ускоренной регенерации, они тоже должны постепенно восстановиться, но уверенности в этом у меня не было.