- А как же твои возлюбленные? – я заинтересованно приподняла бровь, вновь взглянув на своего собеседника. – Неужели ни одна не попыталась бы тебя спасти?
- Просто так? Не имея конкретной выгоды?.. Нет, Ясми. Бескорыстно ни одна из знакомых мне женщин не пошла бы на это, не рассчитывая получить что-либо взамен, - покачал головой Делл. – Это особенность нашей расы. Мы никогда и ничего не делаем просто так.
- Но почему? – искренне удивилась я.
- Закон выживания. В нашем обществе нет места привязанностям вроде любви или настоящей дружбы, потому что они делают нас слишком уязвимыми. Долг, честь, трезвый расчет и умение найти выгоду для себя и своего клана в любой ситуации – вот что ценится у темных эльфов.
- Мда, - протянула я, качая головой. – А я-то думала, что у нас, людей, все плохо, а вон оно как оказывается!
- И, как же? – теперь пришла очередь заламывать бровь моему собеседнику.
- Я предполагала, что раз вы живете так долго, то и жизнь у вас должна быть интереснее, чем у нас, короткоживущих. А выходит, что это не нам, а вам надо посочувствовать.
- Почему?
- Да потому, что прожить черт знает сколько лет и не познать ни настоящей любви, от которой кружится голова и тянет на безумные поступки во имя любимых; ни дружбы, когда рядом есть тот, кто всегда придет на помощь, поддержит в трудную минуту, а, порой, и наставит на путь истинный - очень печально.
- В твоих словах, безусловно, есть доля истины, - подумав, согласился со мной блондин. – И глупо было бы это отрицать, но мы, дроу, привыкли так жить, и не скажу, что многие стремятся что-то менять в себе или своей жизни.
Я на эти слова лишь озадаченно покачала головой, однако дальше развивать данную тему не решилась. Какая, в сущности, мне разница, как живут соплеменники Делла? В его мир я вряд ли попаду, а сидеть и критиковать чужой жизненный уклад – последнее дело. И вообще, можно подумать, мне самой заняться нечем, кроме как рассуждать о том, что меня ни коим боком не касается.
Тряхнув головой, чтобы отогнать мысли, не имеющие на данный момент совершенно никакой актуальности, решила вернуться к первоначальной теме нашего с Перворожденным разговора. Мы ведь с ним обсуждали обряд принятия в Род и возможные для меня последствия. Обсудили. И что мне это дало? Немного, если честно. Успокоить, Делл меня не успокоил, потому как и сам в точности не знал, чего нам следует ждать, а значит я снова вернулась к тому, с чего началась наша беседа. К вопросу оглашения моего согласия или не согласия на то, чтобы мы породнились. И сделать это придется именно сейчас, ибо смысла тянуть и дальше не было.
Вздохнув, покосилась на молчаливого эльфа, наблюдающего за мной с противоположного конца стола, и поняла, что, таки, да. Я согласна, чтобы этот остроухий и синеглазый тип стал моим родичем. И дело тут было не только в моей доброте и желании избавиться от роли "хозяйки" раба, которая вызывала в душе внутренний протест. Была во всем этом и доля меркантильности, ведь плюсов от образованной родственной связи, наверняка будет все же больше, нежели минусов. А с теми, что проявятся, уж справлюсь как-нибудь. Да и Делл, я думаю, мне в этом поможет. Куда же он денется, если после обряда мы друг для друга совершенно точно перестанем быть чужими. Можно сказать, положим начало созданию нового клана. А раз так, то и возникающие проблемы будем решать сообща.
Видимо в тот момент, когда я об этом подумала, на моем лице что-то такое отразилась, потому, что находящийся до этого в напряжении мужчина как-то разом расслабился, а на его губах, впервые за долгое время, появилась вполне настоящая улыбка, а не усмешка, как обычно.
Да, я уже знала, что улыбаться вот так открыто, он не привык, но уже сам факт, что Перворожденный предпринял попытку продемонстрировать мне свои эмоции столь явно, показался добрым знаком. Думаю, все у нас будет хорошо.