Вне всякого сомнения, на незваной гостье были надеты браслеты, которые являлись практически близнецами моего "украшения", от которого с таким трудом удалось избавиться. Однако как минимум одно различие между ними все же имелось. А заключались оно в символах, что были нанесены на металл. У меня они были одного единственного цвета - черного, в то время как у стоящей рядом с кроватью девушки те самые символы были двухцветными: черные и синие. Что конкретно это могло означать, я не имела ни малейшего понятия. И, думается мне, это знание могло бы лишить меня душевного спокойствия на долгое время, если бы я все-таки решила выяснить эту информацию.
- Ты кто такая? - спросила я гостью, раздумывая, с какой все-таки целью ко мне ее прислали. Ну не для того же, чтобы расслабиться, в конце то концов.
- Мое имя Рили, госпожа, - залепетала та, опуская очи долу. - Я рабыня. А нахожусь здесь по приказу Князя Ириона, чтобы помочь вам подготовиться к ужину.
- Рабыня? - нервно передернув плечами, посмотрела я на собеседницу.
- Да, госпожа. Но, давайте вы будете задавать ваши вопросы в процессе сборов? Меня накажут, если вы не явитесь на встречу вовремя!
- Хорошо, - кивнула, пребывая в полной растерянности, - делай, что должна.
Высказавшись, я замолчала, позволив своей помощнице действовать, чем та, незамедлительно и занялась. Мне помогли вымыться, натерли тело какими-то маслами и облачили в платье, насыщенного зеленого цвета с довольно глубоким декольте (под которое пришлось надеть черное белье из тончайшего кружева, что принесла вместе с платьем служанка).
- Рили, а как давно ты в рабстве? - обратилась я к той, когда она, усадив меня на пуфик, взялась расчесывать волосы.
- Восемь лет, госпожа.
- Восемь? - ужаснулась я. - Но, выходит, что ты была совсем юной, когда это случилось?! Как же так?
- Мне было семнадцать, когда я совершила поступок, который навсегда изменил всю мою жизнь. Я не знала, что платой за загаданное желание будет рабство.
- Ты что, не прочла контракт?!
- Нет, госпожа. Тогда, я не умела читать.
Я пребывала в глубочайшем шоке от ответа Рили, а немного придя в себя, спросила:
- А... твой хозяин...
- Князь Ирион?
- Да. Как он к тебе относится?
- Никак. Князь не любит человеческих женщин. У него в услужении их почти нет, а тем, что все же имеются, запрещено показываться на глаза. Только если сам позовет.
Я кивнула, припоминая, что Дейн мне что-то такое говорил. Однако не понятно: если Ириона не интересуют человеческие женщины в постельном плане, то почему эта конкретная рабыня так одета? Или в обязанности служанки-рабыни входит обслуживание гостей Князя, которые не столь привередливы в плане того, с кем можно расслабиться?
Спрашивать об этом девушку я не стала, да и не была уверена, что мне в действительности хотелось бы услышать ответ на данный вопрос. Изменить судьбу рабов этого кошмарного мира, я все равно была не в силах, так какой смысл бередить себе и этой несчастной душу?
А еще очень не хотелось думать, что если оступлюсь, и где-то совершу ошибку, стану такой же, как Рили - рабыней: бесправной собственностью демона.
Пока я предавалась этим безрадостным мыслям, та колдовала над моей внешностью, так что когда я увидела себя в зеркале, то не узнала. Благодаря усилиям помощницы, присланной ко мне Ирионом, и следа не осталось от уставшей и изможденной девушки, на которую я имела возможность полюбоваться до того, как началось преображение. Сейчас же вид я имела едва ли не цветущий, вот только застывшая в карих глазах тревога, и плотно сжатые губы, основательно портили тот легкий образ, который так старалась создать для меня та.
-Спасибо, Рили, - поблагодарила я служанку.
Она в ответ низко поклонилась и поспешила покинуть комнату. Минутой позже в двери (как всегда без стука), вошел Дейн. Окинув меня долгим взглядом, он ничего не сказал, а кивком головы предложил следовать за ним.
Я шла, совершенно не глядя по сторонам. Моей задачей сейчас было настроить себя так, чтобы выдержать этот вечер. Я выискивала в своей памяти моменты, в которых, в случае чего, могла бы спрятаться, и очнулась только тогда, когда демон распахнул передо мной двери.