- Ишу, ты вообще хоть что-нибудь об инкубах знаешь? - спросил тот, насмешливо глядя на меня. - Что является для нас таким же "деликатесом", как для вампиров кровь?
- Сексуальная энергия, я полагаю.
- Именно. Чем "чище" тот, от кого мы "питаемся", тем вкусней получаемая от него энергия. И говоря о чистоте, я вовсе не имею ввиду что девственницы для нас предпочтительнее, - ухмыльнулся Ирион, оценив выражение моего лица, которое, в момент звучавших пояснений, надо полагать, было то еще.
- Ты ведь о них в первую очередь подумала, когда я заговорил о "чистоте"?
Я с неохотой кивнула, испытывая изрядную долю неловкости от того, что обсуждаю с демоном столь щепетильную тему.
- Чистота тела и чистота души - совершенно разные вещи, Ишу. Тело - это всего лишь оболочка. Просто мясо, уж прости за грубое сравнение. А вот душа - материя совершенно иного рода. Она бессмертна и способна к перерождению. Но все это я разъясняю вовсе не потому, что хочу поговорить о высоком, а для того, чтобы ты поняла, чем я так опасен конкретно для тебя.
- Я поняла. Тебя привлекла моя душа?
- Да. Я еще тогда, в нашу первую встречу понял, что она у тебя светлая. Но таких людей достаточно, и ты вовсе не исключение. Я начал осознавать, что не хочу отпускать тебя, на вчерашнем ужине, хотя до этого планировал отправить на свободу сразу после оного. Вот только стоило мне из любопытства лишь чуть-чуть отпустить свою силу, во время нашей увлекательной трапезы, и позволить той коснуться тебя, как пришедшей с твоей стороны отдачей меня весьма основательно приложило. И это притом, что я ощутил всего лишь отголоски твоей энергии, так как ты, сама того не ведая, довольно успешно справлялась с инкубьем обаянием. Но совсем не реагировать на меня, у тебя не получалось, и этого оказалось достаточно, чтобы я пожелал получить больше. Твоя энергия, Ишу, она такая чистая, яркая, сладкая. Ее вкус, как самое лучшее вино, что мне доводилось пробовать. Как нектар, как... амброзия. Да, точно. Амброзия. Тебе ведь знакомо это слово и его значение.
- Да, - озадаченно кивнула я, - но не понятно, откуда оноизвестно тебе?! Ведь название "пищи богов" фигурирует в мифах Древней Греции моего родного мира!
- Слышал когда-то. Очень давно, а сейчас вот вспомнилось, потому что это определение как нельзя больше подходит для описания вкуса твоих эмоций, которые я "пил" во время нашего сегодняшнего полета. И, поверь, остановиться было очень сложно, что случается со мной крайне редко. Обычно я легко расстаюсь с энергетическими донорами, но вот с тобой... с тобой все иначе. Ты слишком притягательна.
Я поморщилась от этого весьма сомнительного комплимента, а потом не удержалась и язвительно осведомилась:
- Так почему ты, в таком случае, решил меня отпустить? Не из альтруистических же соображений!
- Нет, конечно! - рассмеялся Ирион, отчего у меня по коже знакомо побежали мурашки. - Просто знаю, что если не отпущу сейчас, оставив при себе, то вряд ли смогу продержаться долго и в один прекрасный день просто "выпью" досуха. А для тебя это будет означать лишь одно: смерть.
- И что? Неужели тебя это опечалит? Человеком больше, человеком меньше... - тихо произнесла я, не глядя на него.
- Конечно опечалит, - раздалось совершенно неожиданное в ответ, однако стоило мне вскинуть на собеседника удивленный и неверящий взгляд, как тот добил, добавив: "Когда еще мне удастся отыскать источник столь вкусных эмоций?".
- Ты... отвратителен, Ирион, ты знаешь? - посмотрев в багровые глаза, не сдержалась я.
На душе после его слов было гадко. А как иначе, если в тебе видят не живое существо: личность, со своими чувствами и желаниями, а всего лишь сосуд, содержащий ценный продукт.
- Я демон, Ишу, - жестко усмехнулся тот, словно прочитав мои мысли. - Такова моя суть. Не пытайся найти во мне что-то человеческое - его там нет. А отпустить тебя сейчас, я решил лишь для того, чтобы иметь возможность отыскать потом.
- Зачем? - нахмурилась я, непонимающе глядя на стоящего напротив мужчину.
- Затем, что не собираюсь совсем отказываться от "своего" источника, эмоции которого "на воле" будут куда лучшего качества, нежели под гнетом страха и ненависти. Я не говорю уже о том, что с каждым прожитым годом они станут приобретать больше оттенков вкуса. Поэтому лучше прячься, маленький смертный зверек: тем интересней будет охота!
Высказавшись, светловолосый тот умолк, а я поняла, что с меня откровений на сегодня более чем достаточно. Отвернувшись, устремила свой взгляд на небо чужого для меня мира, а в голове в этот момент вертелись вопросы, на которые у меня не было ответов: