***
Мир двух солнц
Ясмин
Войдя следом за Деллом в дом, я оказалась в небольшом закутке, который, если мне не изменяет память, в избах назывался сенями. Во всяком случае, помещение, между жилой частью дома и, собственно, крыльцом, именовалось именно так.
Большую его часть занимали аккуратно сложенные дрова, в углу стояла внушительных размеров бочка, а пол, и все вокруг, устилал такой слой пыли, словно тут лет двадцать не ступала нога человека.
Сделав вдох, я сразу же закашлялась, и поспешила закрыть нос рукавом, а эльф, тем временем, уже потянул на себя ручку второй двери, которая, собственно, должна была вести в саму избу, и шагнул внутрь.
Он снова шел первым, а я за ним. Вот только переступая высокий порог, умудрилась за него запнуться (потому, как продолжала не переставая кашлять из-за набившейся в нос пыли). В стремлении удержаться на ногах и не упасть, была вынуждена ухватиться за дверной косяк, вот только стоило мне это сделать, как руку пронзила острая, мгновенная боль, как бывает при ударе током.
- Ай!- воскликнула я, отдергивая руку, а стоящий впереди Перворожденный, который до этого прохаживался туда-сюда и напряженно осматривался, мгновенно развернулся ко мне.
- Что случилось?
- Не знаю, - в полнейшей растерянности отозвалась я, разглядывая свою ладонь. – Коснулась косяка, а меня шарахнуло.
- Замри на месте и ничего не трогай! – неожиданно жестко приказал Делл.
Поморщившись от его тона я, тем не менее, послушно замерла, а мужчина, подойдя, сначала, внимательнейшим образом рассмотрел мою пострадавшую конечность, после чего такому же пристальному вниманию подвергся и дверной косяк.
- Ничего не вижу, - поджав губы, сообщил мне эльф спустя какое-то время, а потом, отвернувшись, вновь принялся цепким взглядом осматривать комнату, в которой мы оказались.
Я присоединилась к нему, потому как и самой было интересно. Да и боль в руке, появившаяся, казалось, совершенно ни с того ни с сего, исчезла. Словно и не было ничего.
Моим глазам предстало просторное помещение, которое если продолжать проводить аналогию с русскими избами, можно было назвать горницей.
Просторная комната с беленой печью в углу, оказалась удивительно чистой, нигде не пылинки. Из габаритной мебели имелся лишь деревянный стол, размером как на большую семью, да пара длинных лавок возле него. У печи стоял грубо сколоченный табурет, с ведром на нем, а само ведро было накрыто деревянной крышкой. Над ведром, на стене, висел деревянный же черпак. А вот центральную часть "горницы" занимал большой полосатый, как чулок, тканный коврик.
- Как странно, - пробормотала я едва слышно. - В предбаннике слой пыли, чуть ли не по щиколотку, а тут чистота, словно только что вымыли.
- Заклинание, - сообщил Делл, нисколько не удивленный этой странностью. – Какой смысл тратить силу и защищать от пыли нежилые помещения?
Кивнула, потому как это звучало логично, а мой спутник, тем временем, двинулся дальше.
Оставаться одной, в пустой комнате этого необычного дома, мне решительно не хотелось, поэтому я потянулась следом за ним.
Из "горницы", мы вышли во вторую комнату, которая оказалась немногим меньше первой, что показалось мне странным. Снаружи избушка выглядела маленькой, и по ее виду никак нельзя было предположить, что она имеет несколько помещений, да еще и таких просторных.
Как и впервой комнате, здесь царил порядок и чистота, а еще тут было куда больше предметов.
Первой, мое внимание привлекла книга, а вернее даже сказать - фолиант, потому что размеры оного, как и толщина, ничего общего с обычными печатными изданиями не имели. Его потрепанный кожаный переплет потемнел до цвета мореного дуба, выдавая возраст сего труда неизвестного автора.
Книга лежала на деревянном подобии письменного стола, на котором больше ничего не было. Под стол был задвинут табурет, вроде того, на котором стояло ведро в первой "горнице" - вот и все, что представляло собой рабочее место, хозяина сего жилища.
Меня, когда я присмотрелась внимательнее к древнему тому, так и потянуло подойти и заглянуть на его страницы. Интересно же, что там! Однако усилием воли сдержалась, помня наказ своего спутника, как и недавно пережитую боль. Если уж простое прикосновение к дверному косяку смогло ее вызвать, то касаться неизвестной книги, которая вполне могла оказаться каким-нибудь гримуаром, определенно не стоило. Поэтому, во избежание искушения хоть одним глазком глянуть под обложку странного фолианта, я поспешила отвести взгляд и принялась осматриваться дальше.