- Ты просто забыл.
- Ну нет! - покачал я головой. - Положим, я что-то и мог забыть, но чтоб такое!
- Ладно! - хлопнул он по подлокотнику. - Припёрли к стене! Признаюсь: это моя выдумка... Но для меня-то ты можешь это сделать?
Я рассеянно поглядел на него и пожал плечами:
- Думаю, что смогу...
Настя тихо опустилась на край кресла, обхватила скрещёнными пальцами колени и проникновенно произнесла:
- Санька... Знаешь, ты кто?
Тот невозмутимо ответил:
- Конечно, знаю!
- Нет, не знаешь, - с нехорошей улыбкой проговорила она чётко и раздельно. - Ты - про-во-ка-тор!
- Ну! - вздохнул тот и развёл руками: - Каждый судит в меру, так сказать... - В какую "меру", он не договорил и лишь выразительно приподнял бровь.
- А всё же любопытно, - попытался я загасить назревающий конфликт, - какой тебе в том интерес?
- Будем считать это моей причудой, - уклонился он от ответа.
*****
Хоть Настя и сопротивлялась и торопила нас домой, праздник для женщин Зеркальной мы всё же устроили. Ну как не потрафить другу? Зрелище получилось довольно эффектное и не без киношных выкрутасов, по части которых я уже стал входить во вкус.
Едва наш "пятачок" завис над знакомой поляной, найти которую с помощью браслета было раз плюнуть, я сразу, не откладывая дела в долгий ящик, начал "колдовать".
В зените, сначала слабо, потом всё ярче и ярче, стала разгораться звезда изумрудного цвета. В такт нарастанию яркости во всю поднебесную ширь пронзительно зазвучали фанфары, слышанные мною когда-то по телевизору и пришедшие сейчас на ум, как наиболее подходящие к случаю.
- Почему не знаю? - навострил Санька уши меломана.
- Пётр Ильич, - иронически улыбнулась Настя. - Четвёртая.
- Симфония? - уточнил тот и, когда Настя соизволила кивнуть, сказал с сожалением: - Ну уж, где уж нам уж!..
- Если не обращать внимания на страшную фальшь, - впечатляет!
Не ожидая подобной "поддержки", я удивлённо посмотрел на неё:
- Ты слишком много от меня требуешь. Как говорил Незнайка, главное, чтобы было громко!
- Этого у тебя не отнять...
Поляна, до этого безлюдная, стала быстро заполняться народом. Из густых зарослей отовсюду выбегали едва прикрытые лохмотьями женщины и поражённо замирали, уставясь на необычное небесное явление. Их полуобнажённые тела в свете новоявленной звезды, которая всё больше становилась похожей на маленькое солнце, выглядели мертвенно-бледными. Чтобы избавиться от этого неприятного эффекта, я плавно изменил цвет солнышка на ярко-жёлтый, и, под громкий возглас то ли восхищения, то ли испуга, прозвучавший единым вздохом, поляна и прилегающие окрестности заиграли своими естествеными цветами. Сумерки отступили. И только зловещим красным цветом всё так же горел горизонт, ощерившись рядами чёрных силуэтов, вздыбившихся до самых небес.
Аборигенши, давно отвыкшие от дневного света, подслеповато щурились слезящимися глазами, но лиц от звезды не отворачивали.
- Не при дамах будь сказано, - негромко пробормотал Санька, свесившись через подлокотник и заглядывая вниз, - но как же они с тех пор постарели!
Это правда. Среди массы женщин, запрудивших ритуальную поляну, я не узрел ни одного молодого лица.
- Вымирает раса. Мы, кажись, подоспели вовремя.
- Если не опоздали. - Насте явно не по душе была наша затея. - В таком возрасте не очень-то легко будет рожать. И вообще, - дёрнула она плечиком, - как насчёт хромосомного набора?
- Об этом браслет уже позаботился, - спокойно заверил я.
- И когда же это ты успел? - Она постаралась в свой вопрос вложить как можно больше яду.
- Стараемся...
И вот из недр ослепительно сверкавшего солнышка чинно, с достоинством, один за другим в центр поляны стали плавно спускаться рослые мускулистые мужики с суровыми лицами.
- Бесстыдник! Ты бы хоть прикрыл их чем, что ли? - смущённо сказала Настя, наблюдая за действом. - И чего они у тебя такие хмурые?
- Сурьёзная работа предстоит! - ввернул Санька.
- Дамы испугаются и разбегутся.
Но "дамы" не испугались и не разбежались. Сказалась многолетняя "подготовительная" работа. По всей округе прокатился тысячеголосый вздох, и, будто по команде, контингент встречающих упал на колени и зарылся головами в тощую жухлую траву.
- Осознали! - довольно хмыкнул Санька.
Опять, как и в прошлое наше посещение, пошла свистопляска с завываниями, воздеванием рук и подскоками.
- Что это с ними? - брезгливо поинтересовалась Настя, глядя на беснующееся море тел.
- Надо полагать - благодарят, - ответил за меня Санька.
Звучание фанфар давно прекратилось, сотворённые мною оболтусы (их оказалось около сотни) смирно стояли посреди поляны, дожидаясь окончания "дискотеки". Но она явно затягивалась. Вот уже две матроны внушительного вида приволокли откуда-то здоровенный барабан, намереваясь продолжить "увлекательное" действо.
- Это мы уже видели, - сморщился Санька. - Надо срочно менять сценарий. А то дамы несколько зациклились на теме благодарения.
Выдумывать ничего не пришлось. Небо над поляной расколол оглушающий удар грома, отчего Настя вздрогнула и звонко шлёпнула меня по спине. А народ Зеркальной моментально оцепенел. Как и в прошлой серии с Ахмадом и его соратниками, с неба сорвалась ослепительная молния и ударила прямо в барабан, испепелив его. Вслед за этим все звуки заглушил "божий" глас:
- НЕБО УСЛЫШАЛО ВАШИ МОЛИТВЫ!!! ПРИНИМАЙТЕ ДАР!!!
Я ещё приправил это мощным телепатическим посылом (на случай, если среди встречающих окажутся глухие).
Мои дуболомы все разом обольстительно заулыбались и, широко раскинув руки, пошли "в народ".
До милых "дам", в жутком ступоре внимавшим гласу небес, наконец дошло, что наступил долгожданный исторический момент.
И началось! Долго сдерживаемый, истосковавшийся по делу, могучий инстинкт продолжения рода вырвался на свободу!
- Что? Мы и ЭТО будем смотреть?! - покрасневшая Настя демонстративно сложила руки на груди и, склонив голову набок, выжидательно уставилась мне в глаза: - Мне кажется, своё дело мы уже сделали? Не пора ли и домой?
Давясь от смеха, я взглянул на Саньку:
- Слышишь?
Тот нехотя уступил:
- Если женщина просит...
- Женщина требует! - строго посмотрела на него Настя. - Ей противен разврат во всех его проявлениях!
- Зачем же так строго? Они этого не заслужили.
- Я - тоже! И вообще, если вы помните, я с самого начала была против.
- А, собственно, почему?
- Потому что и без того дома дел хватит! На кой нам ещё и эти заботы? Пусть о них крутые парни из Галактического Совета волнуются!
- Как видишь, руки не доходят...
- А, может, просто запланировано? А мы опять - свиным рылом?..
- Что "запланировано"? - удивился я. - Угасание цивилизации?
- Вот именно!
- Ты хочешь сказать, что зеркала на той стороне - их работа?
- Без сомнения! Ты не обратил внимания, что твой драгоценный Танзу никоим образом не дал понять, что ему противна вся эта конструкция? - Она указала на зубчатый горизонт. - Отсюда сам собою напрашивается вывод: это их рук дело. И у них здесь свои интересы.
Я задумался:
- Ну... Это ещё доказать надо...
Тут Санька, внимательно наблюдавший за происходящим внизу, воскликнул:
- Смотрите-ка! А нас заметили!
Я перегнулся через подлокотник и посмотрел, куда он указывал.
Мы парили на высоте где-то метров пятнадцать-двадцать. Прямо под нами собралась небольшая группа тёток, не принимавших участия в массовом мероприятии. Они только внимательно следили за его ходом, иногда переговариваясь, а иной раз выкрикивая визгливыми голосами какие-то команды, доносившиеся и до нас. Видимо, происходящее не всегда соответствовало заранее разработанному сценарию, и они на ходу вносили в него поправки. Не представляю, какие такие ценные указания можно было давать обезумевшим от страсти женщинам именно в данный момент? По-моему, они вообще сейчас не способны слышать ничего, кроме голоса инстинкта.