- Благодарю, - он мельком глянул на себя в зеркало и сказал: - Самолёт разбился вчера. Тут, неподалёку. От вас в двух шагах. Весь город уже на ушах!
- Да? - удивился я. - А мы ничего не слышали.
- И это ещё не всё! - заговорщицки подмигнул он. - Говорят, ему в этом помогли! И знаешь, кто?
- Кто?
Он выдержал многозначительную паузу и торжественно объявил:
- Летающая тарелка!
Потом, не отмечая у нас особого интереса, уточнил:
- Усекаешь?
Мы с Настей удивлённо переглянулись.
- Я сразу подумал, что без вашего участия тут не обошлось! - Он хитро прищурился: - Или я чего-то не догоняю?
- А при чём тут мы? - изумился я.
Он протестующе поднял ладони, с ходу отметая все возражения:
- Вот только не надо! Уж кто-кто, а я-то тебя знаю! Тем более, после тех фокусов, что ты нам там показывал, я вообще ни минуты не сомневался. Нинка, кстати, тоже. А ты сам знаешь, как её трудно убедить в чем-либо... паранормальном.
- Да, ей-богу, я тут ни при чём! - возопил я, прерывая поток его славословий.
Он недоверчиво посмотрел на меня и решил найти поддержку у Насти:
- Это правда?
- Конечно! - ответила та, не меньше моего удивлённая таким поворотом дела. - Да и до того ли нам было?
- Кто б сомневался! - многозначительно прищурился он. - Дело молодое!
Но я с ходу отверг его намёки:
- Ты не так понял. У нас тут ЧП произошло. Едва выкрутились.
Санька сразу стал серьёзным:
- Что стряслось?
- А!.. - отмахнулся я. - Долго рассказывать. Да и не поймёшь. Надо начинать с самого начала.
- Вот-вот! Я как раз за этим и пришёл! - обрадованно воскликнул он. - Я же ночь не спал после вашего визита! Надеюсь, не откажете?
Я оглянулся на свою половину, мол, как мы? Встретил безмятежно-спокойный взгляд и понял, что мы не против.
- Да ты проходи, чего в дверях-то разговариваем? - Я прошёл в мастерскую, увлекая его за собой.
- Ого! - Санька подался к картине. - Явный прогресс! Сударыня! - Обратился он к Насте, не оборачиваясь. - А ваше присутствие влияет на него оч-чень, я бы сказал, благотворно! Дай-то Бог!
Он попятился к окну и стал оттуда разглядывать картину.
- А вот она считает как раз наоборот, - я подмигнул заметно порозовевшей "сударыне". - Говорит, что как только она появилась на горизонте, работа у меня вообще встала.
- Позвольте вам заметить, сударыня, что в данном случае вы абсолютно неправы. У него даже манера письма изменилась в лучшую сторону. Вот, смотрите: здесь, - он подошёл и осторожно приблизил палец к полотну, - и здесь. Это же чудо!
- Ладно вам! - совсем смутилась Настя. - Э'т самое... Надеюсь, вы тут без меня управитесь? А у меня ещё уйма дел. А вообще - может, чайку? - благосклонно поинтересовалась она, обернувшись уже на пороге.
- Не извольте беспокоиться! - встрепенулся гость. - Мы уж откушамши. На службу же иду, - улыбнулся он. - Вот и не утерпел. Дай, думаю, загляну! Может, оно чего и прояснится? - Он глянул на часы. - М-да... У меня ещё час в распоряжении. Я нарочно пораньше вышел.
Проводив глазами Настю, я спросил:
- Ты Амхату сказал?
- Говорил. Он не поверил.
- Чему?
- Что ты заболел.
- Угу. Всерьёз и надолго. Можно сказать - навсегда.
- Оно, конечно, дело похвальное... - раздумчиво отвёл Санька взгляд, но я его перебил:
- Я не о женитьбе. Хотя и это дело не последнее.
Он криво ухмыльнулся:
- Далеко не последнее. Можешь поверить моему горькому опыту...
- Ну а что Нинка?
Он вяло отмахнулся и, задумчиво глядя на картину, процедил:
- Сложно...
- Что так?
Он скользнул по мне неопределённым взглядом и нехотя попросил:
- Потом... Гм!.. Если не возражаешь...
- Не возражаю. Тогда о чём?
Он встрепенулся:
- Это тебе-то не о чем рассказывать?!
Я с сомнением глянул на часы:
- Боюсь, начинать-то придётся издалека...
- Ну так не томи! Я весь внимание!
- А работа?
Он презрительно отмахнулся:
- Если любит - подождёт. Да и стоим всё равно.
- Ну, коли так...
Я встал, прошёлся по мастерской туда-сюда, обдумывая, с чего начать, и стал рассказывать.
Санька был благодарным слушателем. Глаза его горели восхищением и откровенным участием. Это сильно "подогревало" меня, и я распетушился перед ним, даже несколько приукрашивая события, не в ущерб, конечно, сути дела. Особенно его поразило то место в рассказе, где мы с дедом бродили по улицам Нью-Йорка.
- Володь, ты извини, пожалуйста, что перебиваю, - сказал он с какой-то даже дрожью в голосе, - но нельзя ли это увидеть собственными глазами?
- Отчего ж нельзя? - понимающе улыбнулся я. - Очень даже можно. Только давай я тебе уж всё до конца расскажу, а то потом, боюсь, уже не будет охоты языком чесать столь обстоятельно. А уж после этого приступим к практической части. Ты думаешь, я не понимаю, что тебе не терпится поскорее попасть в штатовский музыкальный рай?
- Всё-всё-всё! Я весь внимание! - Он поглубже втиснулся в кресло и скроил внимательную физиономию.
Но тут из кухни меня окликнула Настя. Я извинился перед своим слушателем и поспешил на зов.
- Слушай, - зашептала она мне, - я так думаю, что ваша беседа затянется надолго, поэтому я вот что придумала. Вы тут покалякайте всласть, а я хочу у себя мал-мал разгрести после погрома. Я ведь там так ещё и не была. Да и подобрать надо кой-чего из одежды. Я поняла, что не сегодня-завтра мы к тётке нагрянем? Не поеду же я в этом? Или ты передумал?
- Ты всё правильно поняла, - я чмокнул её в щёку. - Скоро буду!.. Сезам!
Верный "джинн" вылез из бутылки.
- Я тут вам пожевать приготовила, - кивнула Настя на стол, прикрытый салфеткой. - А то ты вообще во времени потерялся: битый час моришь его своими баснями. Только не тяни с едой: тараканы мигом всё оприходуют. И сам не пропадай - жду! - Она чмокнула меня в ответ и переступила кромку экрана.
Я вернулся к Саньке в комнату. Он по-своему понял наши с Настей переговоры:
- Я, наверное, всё же не вовремя? - И поднялся.
- Успокойся, - я взял его за плечи и усадил обратно в кресло. - Никому ты не мешаешь. Мы уже одни. Настя ушла.
- Ушла? Ведь я только что...
- Не верь ушам своим, - улыбнулся я. - Домой я её отправил. Телепортировал.
Санька только головой покрутил. А я продолжил повествование о своих невероятных приключениях...
*****
- Так ты что, ему ничем и не отомстил? - удивился Санька, когда я, окончательно выдохшись, захлопнул рот.
- Настя "вето" наложила, - пожал я плечами. - Овчинка, говорит, выделки не стоит. Хотя, если откровенно, я так не считаю.
- Я тоже! Представляю, если б он с Нинкой такие фортели выписывал! Уж я бы...
- А мне казалось...
- Что я только был бы рад избавиться от неё? - продолжил он невысказанную мною мысль. - Поздно, батенька! Раньше надо было думать. А сейчас она мне не просто стерва-жена, а ещё и мать Юльке. А это - сам понимаешь - накладывает определённые обязательства. Хоть я и готов её иной раз послать... на Альфу Центавра!
- Ну ты тогда меня зови, - пошутил я, но он только криво усмехнулся. Я тут же поинтересовался: - О чём печаль твоя?
Он вздохнул и бросил на меня виноватый взгляд.
- А позволь мне угадать?
Он обречённо махнул: валяй, мол.
- Деньги назад принёс?
Он только головой покрутил:
- От тебя не скроешь...
- А тут и скрывать-то особенно нечего. Всё и так было ясно с самого начала. А насчёт денег... Есть два приемлемых варианта.
- Какие же?
- Не знаю, насколько придутся они тебе по душе, - засомневался я, - но слушай. Вариант первый: внушение. Обрабатываем Нинку, чтобы даже и разговоров не вела, что деньги не ваши...
Он усмехнулся:
- Её обработкой я занимаюсь уж сколько лет и всё безрезультатно, а ты надумал за один раз...