Настя лишь благодарно взмахнула повлажневшими ресницами и едва заметно улыбнулась.
А пока длилась наша безмолвная беседа, Пашка, с пеной у рта, старался воспламенить супругу своей программой, основные положения которой, как я понял из их дискуссии, они уже обсуждали ранее. Однако Наталья считала всё это чистым ребячеством.
- И чего мелет? - усмехалась она и тут же переходила в атаку: - Ну скажи, скажи, если ты такой умный, как ты собираешься жить без всего этого? А? Без кастрюль? Без чайников? Без вилок-ложек? Без плиты, в конце концов? А штаны порвёшь, чем зашивать будешь? Пальцем, что ли? Да тут, куда ни глянь, везде железо! Тот же умывальник, ведро, кружка - из чего делать будешь?
- Можно найти заменитель! - не сдавался Пашка. - А иголку можно из рыбьей кости сделать! - брякнул он, глупо улыбаясь. - Эскимосы же вон живут?
- Ну тогда и жену себе ищи из эскимосов! - вскипела Наталья. Пашка сумел-таки вывести её из себя.
- Видал? - подбоченился он, призывая меня в свидетели. - Баба Яга всегда против!
- А ты как думал? - улыбнулся я. - Надо выслушать все заинтересованные стороны. И только потом принимать решение.
- Э-э! - разочарованно отмахнулся Пашка. - Так мы будем до ишачьей Пасхи телиться! И ничего не сделаем!
Он сел на табурет, привалился спиной к столу, опёрся об него локтями, положив ногу на ногу, и стал демонстративно смотреть в морскую даль. Спор с супругой выкачал из него весь боевой задор. Лицо его приобрело покорное, как у коровы, выражение: мол, режьте меня на куски, ешьте меня с маслом, а мне уже абсолютно на всё наплевать!
*****
Пока родители в споре рожали истину, из спальни потихоньку выглядывали две любопытные рожицы: это Пашкины отпрыски давно проснулись и с интересом прислушивались к громким, но мало понятным разговорам.
И вот, как только отец семейства произнёс свою гневную тираду и потерял к разговору интерес, старший из пацанят подбежал к матери и дёрнул за подол.
- Чего тебе? - наклонилась она к нему. Он что-то просопел ей в самое ухо, на что она пожала плечами: - Ну... я не знаю... Это ты у дяди Володи спрашивай.
- Что случилось? - улыбнулся я.
- Пусть сам скажет, - подтолкнула она сынишку ко мне.
Тот обежал вокруг стола и, направляясь ко мне, перелез через отцовы ноги. При этом он всё время косил глазом в сторону экрана, всё так же отсекавшего добрую половину комнаты. Тут он не утерпел и, как бы невзначай, протянул к нему руку. Само собой, она легко прошла сквозь изображение. Та её часть, что оказалась по другую сторону экрана, стала невидимой. Мать, внимательно следившая за перемещениями сына, невольно вскрикнула. Мальчишка вздрогнул и испуганно отдёрнул руку. Естественно, она осталась целой и невредимой и боли он не ощутил. Ему стало интересно и он собрался повторить эксперимент. Но мать резко одёрнула его:
- Не смей!
- Да ты не волнуйся, - успокоил я её. - Это всего лишь видимость. - И, притянув мальчонку за "пострадавшую" руку к себе, спросил: - Ну, что у нас?
- Катача хочу! - просопел тот, не отводя расширенных глаз от экрана.
- Какой там "кататься"! - ожил вдруг Пашка. - Машину-то спёрли ночью!
Наталья ахнула и закусила губу. Но я только усмехнулся:
- Какие проблемы? Новую сляпаем!
И тут же, не отходя от кассы, стал "чудить".
Над столом возникло серебристое облачко, с тихим свистом пришло во вращательное движение, образовав собою маленький вихрь, и в то же мгновение уплотнилось и вырисовалось в мультяшного Зайца из "Ну, погоди!" Эти неуловимые метаморфозы происходили за спиной пацанёнка и потому он оглянулся, лишь когда Заяц окликнул его звонким голосом:
- Сашка!
Мальчишка оглянулся и от удивления раскрыл рот:
- Заяц...
- Да Заяц! Заяц! - совсем как в мультике, ответил тот и подбежал к краю стола: - Хочешь кататься?
- Хочу... - оторопело пролепетал Сашка, не сводя глаз с необычного гостя.
Пашка с интересом обернулся и, мельком взглянув на меня, хохотнул:
- Вот такого я ещё не видывал!
Наталья онемела и выпучила глаза, а Настя чуть-чуть усмехнулась и одобрительно качнула головой. Это прибавило мне уверенности и тогда я развернулся вовсю.
Чпок!
Чпок!
Чпок!
С этим звуком стол на секунду взбугривался и из пузырей стали выскакивать поочерёдно: Чебурашка, Крокодил Гена, Кот в Сапогах и розовощёкий Пятачок вместе с Винни-Пухом. Они сразу же устроили весёлую возню, забегали по столу, на все лады беспрестанно повторяя: "Кататься!", "Кататься!" Ростом они вышли у меня сантиметров по сорок-пятьдесят, в зависимости от персонажа.
Второй пацанчик, до этих пор смущённо выглядывавший из-за косяка двери, вдруг громко завизжал и, забыв обо всём, со всех ног кинулся к столу, едва не сбив застывшую в изумлении мать. Глазёнки его сияли радостным возбуждением. Он живо вскарабкался на табуретку возле стола и сразу попытался схватить Чебурашку за ухо. Тот ловко увернулся и пискнул:
- Тебя как зовут?
- Зеня!.. - пропыхтел тот, наваливаясь животом на стол и не оставляя попыток поймать кого-нибудь из мультяшек.
- Кататься с нами поедешь? - пропищал Пятачок, подбегая к нему вплотную.
"Зеня" мгновенно забыл о своём намерении и, со счастливой улыбкой во весь рот, стал разглядывать его с головы до ног.
- Ну, чё молчишь? - подкосолапил на помощь Пятачку Винни-Пух. Я постарался придать голосу каждого из них натуральное звучание, каким его знал из мультиков. - Смотри, сами уедем!
- А на чём? - подал голос прижавшийся ко мне Сашка, зачарованно разглядывая шумную компанию на столе.
- Да на чём угодно! - важно выступил вперёд Кот в Сапогах. - Хочешь - на этом! Хочешь - на этом! А захочешь, так и на этом поедем!
При каждом возгласе с его лапы скатывался маленький белый шарик и, упав на стол, с тихим перезвоном тут же превращался в небольшую и ярко раскрашенную модель сначала легкового автомобиля, потом гоночного, а третий шарик превратился в самолёт. Мальчишки от восторга взвизгнули.
- А как на них ездить? - спросил Сашка, хватая со стола модель гоночного автомобиля. - Они же маленькие!
- Не беда! - с важным достоинством заверил Кот. - Смотри! - И он картинно взмахнул лапой, описав дугу.
Автомобиль, оставшийся на столе, стал быстро увеличиваться в размерах и рос до тех пор, пока не занял собою половину стола.
Кот спросил:
- Понятно?
Сашка с готовностью кивнул и протянул ему гоночный автомобиль:
- А этот?
Кот махнул лапой и большой автомобиль растаял. Гоночный же из рук мальчишки поднялся в воздух и опустился на стол, одновременно разбухая и поворачиваясь носом к экрану, где всё ещё красовался морской пейзаж с беспомощно барахтающимися вояками.
Кот фыркнул и пейзаж мгновенно изменился. Теперь экран показывал прямую, как стрела, автостраду, начинающуюся у самой кромки и уходящую до горизонта, окаймлённую по обочинам кустарником и редкими деревьями.
Кот опять повёл лапой и, повинуясь его жесту, дорожное покрытие автострады выдвинулось за плоскость экрана и уравнялось с поверхностью стола. Автомобиль тем временем достиг своих натуральных размеров и мультяшки, словно по команде, с шумом и хохотом полезли в него, торопясь занять место получше.
- Прошу пассажиров занять свои места! - важно проговорил Кот в Сапогах и, кланяясь мальчишкам, сделал приглашающий жест.
Меньшой без раздумий вскарабкался на стол и мультяшки со смехом втащили его на заднее сиденье. Автомобиль был открытого типа.
Второго же, Сашку, вдруг одолели сомнения. Он вопросительно взглянул на мать, а та с жалобным видом - на меня.
- Не волнуйся ты, ничего страшного не произойдёт! - ободряюще улыбнулся я, стараясь перекричать шум беспокойной компании.
Она недоверчиво склонила голову набок, пожала плечами и едва заметно шевельнула рукой: ступай, мол.