Я целую его, и мыслей больше не остаётся в голове. Он отвечает мне, пылко и страстно, его руки сразу же забираются под мой джемпер, а я лапаю его задницу. Его ногти слегка царапают мою спину, тоже спускаясь ниже.
— Если ты возьмёшь меня за задницу, тебе придется меня трахнуть, — говорю я, едва справляясь со своим голосом, под конец он превращается в хриплый стон.
Поттер сжимает мои ягодицы одной рукой, а второй залезает в мои трусы спереди. Я охаю и инстинктивно толкаюсь вперёд бедрами.
— Тебя не удовлетворил твой любовник? — шепчет он мне в губы, а я могу только простонать в ответ.
Я ощущаю, как его возбуждает мысль овладеть мной, вопреки тому, что у меня, якобы, есть любовник. Закрываю глаза и представляю нити от браслетов, тянущиеся к нему, я дотрагиваюсь до одной нити, потом до другой, и он вздрагивает, напрягаясь в моих руках. Мой стон заставляет его ответить мне таким же стоном, и я снимаю с него кофту, расстегиваю его штаны и стягиваю вместе с бельем. Мои руки мелко дрожат, и его тоже, мое тело тоже уже практически свободно от одежды, и он тянет меня к дивану. Но я прижимаю его к себе сильнее и аппарирую в свою комнату. Огромная кровать, большие окна от пола и до потолка, все в светлых тонах. Камин горит, отбрасывая мягкие тени на мебель вокруг.
— Я не хочу быстрого секса на диване, — говорю я, и мой голос не громче шёпота, в конце вообще срывается на хрип.
— О, Драко, — он прижимается губами к моему горлу и целует, спускаясь ниже, ниже и ниже. В конечном итоге, он встаёт на колени и аккуратно облизывает мой член. Свет падает так, что его лицо хорошо освещено, и я вижу малейшее движение ресниц. Его язык скользит по стволу, поднимаясь вверх от яичек, моя гладкая, белая кожа смотрится прозрачной на фоне его золотистой, загорелой, соблазнительной кожи. Его руки скользят по внутренней части ног и гладят меня, а мне остаётся только задыхаться от ощущения нереального кайфа, когда он накрывает губами сочащуюся смазкой головку. Мои пальцы вплетаются в его волосы, и я прижимаю его голову сильнее, он не пытается отстраниться, расслабляет горло, и я чувствую, как слюна стекает по ноге. Я двигаю бедрами, но вместо стонов вырывается только хрип.
— О, Мерлин, — шепчу я. И за волосы тяну его голову назад, наклоняясь, я целую его в опухшие, влажные, развратные губы.
Я помогаю ему подняться и тяну за собой к кровати. Мы валимся на мой любимый кашемировый плед, но именно в этот момент мне все равно. Он переворачивает меня на живот и устраивается между ног, я до сих пор ощущаю след от его горячего члена на моем животе.
— Трахни меня, — шепчу я, и он стонет в ответ. Я слышу, как он шепчет заклинание смазывания, а я невербально применяю все остальные. — Не растягивай, — шепчу я опять, и его стон гораздо громче, я ощущаю горячую головку у входа и подаюсь назад, позволяя ему войти в меня. В ответ — его оглушительный стон, и я теряюсь, его горячие руки прижимают меня, целует мою шею, спину, вдыхая запах волос и пота.
Потихоньку он начинает двигаться, аккуратно, сначала совсем невесомо, затем наращивая темп, мой член трется о плед, а Поттер с каждым разом меняет положение во мне, ища, как задеть простату. Когда я всхлипываю, он удовлетворенно хмыкает и продолжает сильнее и сильнее входить в меня.
— Я хочу, чтоб ты кричал, Драко, — говорит он, и мой крик разносится по комнате. Развратные, влажные звуки, и я уже не контролирую себя, я едва вдумываюсь в то, что говорю, но я практически кричу его имя, а он моё.
— Какой же ты охуенный! — говорит Поттер, наклоняясь к моему уху и слегка кусает за шею. Я вскрикиваю и кончаю, он изливается следом и падает на меня сверху. Мы лежим так какое-то время, потом он сползает с меня и ложится рядом, еле касаясь меня рукой. Мы молчим, пока дыхание не возвращается в норму.
— Обними меня, — говорю я, мой голос звучит громко и четко, он вздрагивает, но с лёгкой улыбкой подчиняется. Он открывает мне свои объятия, и я кладу голову на его плечо. Его горячие и обжигающие руки гладят меня, выписывая узоры на боку и спине. Я накрываю нас пледом, который сбился и был скинут с кровати, стараясь сконцентрировать магию на кончиках пальцев, и мне это удается. Поттер удовлетворенно хмыкает и не прекращает меня гладить.
— Ты можешь остаться? — спрашиваю я, надеясь, что он не слышит просящую интонацию в моем голосе.
— Ты хочешь? — его голос такой довольный и спокойный, что я наслаждаюсь его звуком.
— Да, — говорю я и такое простое слово замирает в воздухе.
Несколько мучительных секунд он молчит, переставая гладить меня.
— Если ты хочешь, я останусь, — говорит он и целует меня в макушку, я удовлетворенно улыбаюсь и закрываю глаза.
— Странно, — говорит он и замолкает, что-то обдумывая, я не тороплю его, хочу, чтоб он всё обдумал, прежде чем спросит, — Я думал, что… Мне показалось…
Он опять замолкает, и я поднимаю голову, смотря ему в лицо, но все так же молчу, боясь, что это тот самый момент, когда надо принять решение.
— Мне показалось, что тебе было хорошо так же, как и мне. И на мгновение, я почувствовал, что ты… Как и я…
— Что я влюблен в тебя? — спрашиваю я и в ужасе замираю, от осознания того, что только что сказал. Глаза Поттера расширяются, и он смотрит на меня, как-будто впервые, мне кажется, что в глубине плещется испуг.
— Мы можем не говорить об этом, — говорю я и ложусь обратно на его плечо, его руки сразу же прижимают меня к себе и судорожный вздох вырывается из его груди, — В конце концов, тебе ли не знать, не обязательно давать всему название, чтоб это было правдой.
Мне не нужны его признания, и принятие моих чувств не нужно. То, что прозвучало касалось только меня, и я не жду ничего взамен. Просто поставил его в известность, не выпрашивая взаимности и не ища никакого ответа. Мой голос замирает в тишине комнаты, и треск огня в камине убаюкивает нас, расслабляя и даря спокойные сны.
Комментарий к 15
Всем читающим: фф уже закончен, но мой бета временно отсутствует, следующая часть будет тогда, когда бета вернется.
Всем спасибо за терпение и интерес.
========== 16 ==========
Когда утром я открываю глаза, первое, что я вижу, — расслабленное лицо Поттера на соседней подушке. Тонкая кожа век испещрена голубыми венками, а длинные, темные ресницы изгибаются, прикасаясь к коже. Он идеален. И в моих безумных фантазиях он всегда был именно таким. Его рука перекинута через мою грудь, и он выглядит таким умиротворенным, спокойным.
Лучи утреннего солнца золотят молочно белые простыни, и я растягиваюсь вдоль него всем телом. Улыбаясь, я смотрю на блики света в его волосах, оттенки волос переливаются золотом. Утренняя расслабленность не даёт даже шевелиться.
Браслеты красиво блестят на свету, и я думаю о том, что мы бы вряд ли оказались в постели, если бы не браслеты братства, если бы не его вездесущие руки. Мы бы вряд ли не поговорили бы даже нормально, хотя, даже сейчас мы не говорили.
Я вдыхаю его запах, утыкаясь носом в волосы, и он недовольно фырчит и шевелится. Поттер прижимается ко мне сильнее и целует в шею.
— Ты невыносимый, — говорю я недовольно, пытаясь скрывать свое умиление.
— Я знаю, что тебе нравится, — улыбается Поттер и гладит меня, а я в ответ фыркаю.
— Нам надо в душ, — говорю я, пытаясь выбраться из-под него, но он не реагирует и назло ложится всем телом сверху. — Ты же знаешь, что я могу тебя убить? — с угрозой в голосе говорю я, но не пытаюсь его сдвинуть с себя.
— Знаю, — выдыхает он и целует меня в шею, спускается вниз по груди, обводя языком соски, слегка прикусывая кожу.
— Нам надо в душ, — произношу я, стараясь придать голосу твердости, он ухмыляется и проводит языком по всей длине вставшего, от его ласки, члена, — Продолжишь играть там.
— Зануда — откликается он, но скатывается с меня.
Уже стоя под струями воды, я ощущаю его, прижавшегося к моей спине, и стараюсь не сильно раздражаться его вмешательству в ежедневную рутину. Его руки начинают скользить по моей груди, животу, бёдрам, и я закрываю глаза, отдаваясь в чужие руки. Странность всего происходящего заключается в том, что я не возражаю против его вмешательства.