— Это угроза? — выплевывает он.
— Это констатация факта, — говорю я и прохожу мимо него в его кабинет.
Все в приемной следят за мной, и ни один не рискует говорить что-то мне вслед.
— Извините, господа, — говорит Поттер и идёт за мной.
Я уже стою в середине комнаты, рассматривая всё вокруг себя. Ничего не изменилось, но знание того, что меня окружает — моя вечная потребность. Он врывается, как ураган, на ходу шепча заклинания заглушения, барьера и запирающее. Налетая на меня со спины, он надеется, что я упаду, но я лишь делаю шаг вперёд, оставаясь стоять, и оборачиваюсь на него.
— Что за детские игры, аврор? — спрашиваю я надменно.
— Что за тон, Малфой? — шипит он, разворачивая меня к себе. Я стряхиваю его руки с себя и брезгливо веду плечами.
Уже сейчас я понимаю, что зря тешил себя надеждой на то, что между нами может что-то быть. У него есть бывшая беременная девушка, к которой он вернётся, а я, как-всегда, останусь в дураках. Со своими глупыми чувствами, но зато мне не придется делать выбор. Не придется убеждать себя, что этот выбор правильный и что это просто я никому не подхожу. В этот раз дело явно не во мне, дело в порядочности. И я выдыхаю, прикрывая глаза, и перед мысленным взором я вижу разметавшегося по моим простыням Поттера, в розовом свете заката. Резкий выдох, и я вижу лес, снег, оленей бредущих по-колено в пушистых сугробах. Моё дыхание замедляется, и я беру себя в руки.
— Следующий дом я обследую без твоей группы, — говорю я, не понимая, почему принимаю такое решение, — Но на следующую, после этой, операцию, мне нужны люди.
— Мы так не договаривались, — говорит он и упирает палец мне в грудь, — Наша группа будет всегда с тобой ходить, такой был уговор.
— Уговор состоял в том, что вы выполняете мои команды. И сейчас я говорю «лежать».
Он бьет кулаком мне в лицо, и я чувствую, как ломается нос. Боль вспыхивает звёздами перед глазами, и я отшатываюсь на шаг назад. Тишина повисает между нами, ничего кроме его учащенного дыхания. Я наклоняюсь вперёд, немного приходя в себя. На светлом паркете расцветают кровавые пятна, и у меня не получается отвести взгляд.
В груди теснятся чувства, разрывая меня изнутри. Мне больно от того, что я потерял, даже не приобретя. Стыдно от того, что я позволил себе на что-то надеяться. Я злюсь от того, что Поттер, как-всегда, только создал проблемы, показав мне возможность чего-то большого и стабильного. И, кажется, разочарован в нём, даже не из-за сломанного носа, а из-за того, факта, что он не облекает свои мысли в слова.
— Команды «фас» не было, — говорю ядовито, поднимая голову и встречаясь с ним взглядом.
— Прости, Драко, прости. Я не знаю…
Как можно более раздражающим движением вскидываю голову, достаю из рукава палочку и на секунду зажмуриваю глаза, вправляя нос обратно. Кровь я тоже убираю и очищаю серую рубашку, галстук и туфли.
— Надеюсь, отцом ты будешь лучшим, чем любовником. Да и бьешь ты, как пятилетка, — выплёвываю я и направляюсь к двери.
— Откуда ты…? — в ответ я только улыбаюсь и иду дальше, — Нет, стой! — он хватает меня за руку и резким движением притягивает к себе, а затем яростно целует. Он держит меня, прижимает к себе, его пальцы сминают ткань рубашки, а язык вовсю хозяйничает у меня во рту. Я позволяю ему всё, всё, что он хочет.
«В последний раз.» — обещаю себе.
Отвечая на поцелуй, я закрываю глаза, тянусь к нитям браслетов братства и представляю, как они перестают гореть, оборачиваю их в ткань, мерцающую, золотистую, мягкую и совершенно невероятную. Представляю, что окутываю себя этой же тканью, оставляя больше всего на запястьях, покрывая браслеты сильнее и сильнее, так же поступая с головой.
Поттер отстраняется и смотрит на меня широко раскрытыми глазами.
— Что ты сделал? — спрашивает аврор, голос его звучит угрожающе, кажется, он на грани нервного срыва, — Я не чувствую тебя. Больше нет. Что случилось?
— Не хочу, чтоб ты знал о моих чувствах и мыслях, — отвечаю я, и мой голос звучит слишком надломленно, болезненно, очевидно, что это тяжёлое решение, — Это лишнее. Абсолютно. Если бы я мог, сделал бы это сразу.
Я вижу, как ему больно, ЧУВСТВУЮ, как ему больно и, так же сильно, больно мне. Но я не хочу разбираться в том, понял это Поттер или нет. Его руки сильнее прижимают меня к себе.
— Это ерунда, по поводу ребенка, я практически уверен, что он не мой.
— Мне это не интересно, — говорю я и мягко отстраняюсь. Все во мне кричит о том, что я делаю всё не так. Мне нужно остановиться, иначе, я потеряю любую возможность быть с ним рядом, даже на работе, и я довожу свою боль до совершенства, — И после окончания задания по проверке домов, я больше не хочу участвовать в операциях. Я перевожусь на другую должность.
— Как? — тупо спрашивает Поттер, а я только с жалостью смотрю ему в глаза.
— Не хочу больше полевой работы.
— А, кто же будет работать с нами? — голос Поттера звучит так неуверенно, что я закатываю глаза в ответ и качаю головой.
— Замена всегда найдется, — говорю я равнодушно и стряхиваю, ещё держащую меня руку.
В следующую секунду я уже распахиваю дверь и несусь в свой отдел. Главное, не оборачиваться, не менять решений. Не возвращаться.
Комментарий к 17
Части выходят, а это значит Бета вернулся. Спасибо этому святому человеку за терпение.
========== 18 ==========
Сообщив Фовелю о начале операции, я аппарирую прямо к дому. Небольшой, аккуратный домишко в конце тупиковой улицы, он выглядит таким красивым и опрятным, как с картинки маггловского буклета. Большие, деревья раскинули ветви, закрывая подъездную дорожку, подобием скатерти, из света и тени. Белый дуб, вяз, ива, я смотрю на их ветви и вдыхаю запах раскаленной земли. Лето в самом разгаре, и тяжёлый, горячий воздух давит на всех вокруг. Аккуратно воздвигаю защитные барьеры и купола, двигаюсь опасливо, изучая пространство вокруг, когда я один, приходится делать работу за несколько человек.
Непонятно зачем я сказал Поттеру, что буду работать один. Желание показать себя? Желание казаться круче, чем есть на самом деле? Или… Я хотел, чтоб он меня отговорил от этой затеи? Хотел ли я, чтоб он принял мои слова, как угрозу, чтоб просил меня так не делать. Манипуляция. Кстати, не слишком удачная.
— Ты идиот, Драко, — говорю я сам себе и двигаюсь аккуратно по плиткам дорожки. Не слышу ни звука, снимая чары с двери, но ощущаю взгляд и браслет, как-будто дёргает на руке. Бросая взгляд назад, я уже знаю, что там увижу. Толпа авроров в черном, под ещё одним куполом, больше моего, надо думать, работа Поттера. Я заканчиваю работать с дверью и только тогда подхожу ближе. Зелёные глаза главного аврора затягивают с свою пучину таких неосторожных путников, как я. Поэтому, стараясь не смотреть ему в глаза, а останавливаю взгляд на переносице.
— Какого дьявола, Малфой, — читаю я по его губам, и в воздухе пишу палочкой:
«Не слышу.»
А потом резким движением прикладываю листок, с приказом Фовеля на проведения операции в любом виде, на усмотрение невыразимца Драко Малфоя. Листок остаётся висеть, как приклеенный.
«Наслаждайся.» — пишу я и возвращаюсь к двери.
Вдох. Выдох. Пальцы дотрагиваются до ручки, и я вхожу в дом. Теперь начинается самое интересное.
Обходя комнату одну за другой, быстро запаковываю артефакты и отправляю в лабораторию. Тут не пахнет ни гнилью, ни сыростью, вполне себе приятный дом, в котором мог бы жить обычный человек, который бы мог быть торговцем или учителем, не важно. Но темномагические артефакты незримо тянут щупальца магии ко мне и зовут, ищут, желают. Осматривая комнаты, я невольно стараюсь найти следы чьего-то присутствия, невидимый взгляд неотрывно следит за мной и жжет между лопаток.
— Выходи играть! — тихо говорю я и останавливаюсь в коридоре, осматриваясь.
Мне навстречу из дальней комнаты выходит волшебник в мантии до пола, с надвинутым на лицо капюшоном. Я приглашающим движением развожу руки, только потом понимая, что копирую темного лорда. Человек вытаскивает палочку из складок мантии и так и не убирает капюшон. В его глубине мерцает лицо, скрытое чарами.